— Так вы знали, что они устроят травлю? — спросила я, когда женщина немного успокоилась.

— Я бы не стала называть их проступок травлей, — буркнула леди Гретта, поднеся к губам чашку в цветочек.

— Когда обидчики врываются в твою комнату, портят вещи и обстановку, это травля, — ответила я, пожав плечами.

— Ты с таким уже сталкивалась? — догадалась моя собеседница.

«Было несколько раз. И чистой водой никогда не обходилось», — произнесла я мысленно. Но вслух произнесла только:

— Да.

Мы немного помолчали, а затем она сказала:

— Возвращаясь к твоему вопросу. Да, я знала, что так просто тебя не примут. Детям сложно признать, что место их матери рядом с отцом займет другая женщина. И если большее, на что способен Янник — обозвать какашкой, а девочки — испортить вещи и пару вечеров, то со старшими все будет сложнее.

Признаться, в этот момент мысли из моей головы как-то разом улетучились. Весь выпитый чай и съеденная вприкуску сладкая булочка вмиг подскочили обратно к горлу. Не хотелось даже думать о том, на что способна фантазия взрослого человека, задумавшего извести со свету неугодную девицу.

— Простите, леди Гретта, боюсь, я вас не понимаю… При чем тут Мориц и Хельмут? Они ведь не дети и не станут устраивать что-то подобное!

— Конечно, нет! — отмахнулась леди Гретта, тем самым снимая камень с моей души. — Но в отличие от младших, старшие внуки видят в тебе уже не мачеху, а молодую женщину. С которой они не связаны узами крови, но живут под одной крышей и видятся ежедневно.

Я тут же вспомнила темные глаза Морица, его поцелуй в оранжерее и то, что он делал пальцами с моим ртом. В горле пересохло, булочка никак не хотела возвращаться в живот.

— Ты побледнела, Примула, — заботливо заметила леди Гретта. — Не стоит так переживать, они не деревенская темнота и не позволят себе обидеть девушку. Просто имей в виду, что c ними сложно в другом смысле, и сразу выбирай правильную линию поведения. Особенно с Хельмутом.

— Что? Почему?

Я буквально подскочила на месте. Неужели от него стоит ждать чего-то еще более вопиющего, чем от старшего брата? Мрак!

— У Морица, как ни как, есть жена, и он умеет себя контролировать. А вот Хельмут практически все время проводит в военной академии. Да, там устраивают праздничные вечера с девушками из интерната для благородных, но очень бедных, леди. Но сугубо мужской коллектив накладывает отпечаток…

Я подумала, что единственный заметный мне «сугубо мужской» отпечаток заключается в паршивом характере второго из сыновей милорда Увэ. Но произносить этого вслух не стала.