Обернувшись на Увэ, я заметила в глубине его глаз довольные искры.

— Рад, что вам понравилось, Примула.

— Спасибо, милорд, — прошептала я, затаив дыхание.

Мы подняли высокие бокалы с игристым и приступили к трапезе. Пузырьки напитка пощипывали в носу, непринужденная беседа шла легко, а музыка трогала душу. Горячее сменило закуски, а затем на стол поставили белоснежные тарелки с изящным шоколадным пирожным в темной обсыпке. Десерт Увэ украшала засахаренная вишенка, а мой россыпь нежных белых марципановых цветов. Между нами чуть сбоку блюдонос поставил небольшую миску с водой и свернутую розочкой салфетку.

— Зачем это? — в который раз за вечер удивилась я.

— Чтобы ополоснуть пальцы, если захотите съесть цветы руками, — пояснил Увэ.

Я с сомнение покосилась сначала на миску, а затем на пирожное. Нет, конечно, милорд не стал бы меня обманывать… Хотя происходящее казалось очень, безумно, предельно странным. Я сделала зарубку на память — как только вернемся, хорошенько расспросить своего учителя и вызнать, что он там еще забыл рассказать о поведении за столом.

— А я могу есть, как обычно — приборами?

— Конечно, Примула, сегодня вы можете делать все, что пожелаете, — ответил Увэ.

Его голос был странным, он словно сочился медом, смешанным с крепким алкоголем. Дурманил разум, подавлял рассудительность и взывал к глубинам моего женского естества, потаенным и порочным.

В попытке отвлечься, я схватила десертную вилку и надломила шоколадный бисквит. Вкусно. Нежная текстура, приятный аромат. На очередном движении блестящий зубец что-то царапнул. Я слегка нахмурилась, отправила кусочек в рот и, пока жевала, решила проверить, не показалось ли. Ох, твари обратного мира! Чьей-то злой волей внутри пирожного оказалась ореховая скорлупа.

— Вы что-то нашли?

Почему-то мне стало неловко за оплошность повара. Вечер был идеальным и тут вдруг такой казус.

— О, нет, все в порядке, — поспешила заверить я.

Надеясь, что милорд не устроит нагоняй из-за такой мелочи, я поддела несчастную скорлупку вилкой и потянула.

— Э-э-э…

Пытаясь сказать «Это кольцо!» я застряла на первой букве и глупо таращилась на находку. Уму непостижимо. Как можно случайно оставить в пирожном собственное кольцо? Насколько же невнимательным надо быть! Хотя, судя по размеру и количеству каменьев, его забыла дама.

Пытаясь осмыслить происходящее и предвидя, какая буря разразится после столь вопиющей халатности, я подняла вилку с находкой выше и осторожно взглянула на Увэ. А он в ответ смотрел мне в глаза и ослепительно широко улыбался. Совершенно не расстроенный, не злой… счастливый.