— Так у моего ж старший брат в странствующих проповедниках. Забыла?

— Тьфу на тебя! Забыла, — мрачно отозвалась женщина. — А все равно, когда своя, молодая, да ладная под рукой, оно сподручней.

После подслушанного разговора я стала приглядываться к преподобному и к своему расстройству поняла, что в чем-то эти опытные женщины были правы. Молодой мужчина смотрел на меня чуть дольше, чем следовало, улыбался чаще, чем другим, и старался помочь везде, где только возможно.

Поэтому стоило только нам доехать до первого крупного города, как я от всего сердца поблагодарила его и распрощалась.

Всебожий храм нашла без труда, пузатое двухэтажное здание, расположенное на городской площади, манило раскрытыми дверьми и белоснежными стенами. Ступив под его своды, я ощутила облегчение, словно тяжкий груз упал с плеч. Я объяснила настоятелю, что являюсь послушницей и была послана на служение, а теперь возвращаюсь в свой монастырь. Густобровый преподобный поджал губы, разглядывая меня, затем покивал и разрешил занять одну из келий под крышей и питаться в общей трапезной.

Жесткая кровать, скромная еда — совсем не похоже на усадьбу благородного лорда, и меня это полностью устраивало. Разместив пожитки, я направилась в помещения для служителей, строго настрого запрещенные для прихожан. За коммуникационной чашей сидела сухонькая старушка с колючим недовольным взглядом.

— Доброго дня. Я — Примула. Хочу отправить послание Матери-настоятельнице монастыря Милосердной Девы.

Коммуникационистка или, как их чаще звали, комистка, выдала мне небольшой клочок грубой бумаги и писчий стержень. Я немного подумала и наскребла текст. Старалась быть краткой, объяснила, что милорд потребовал отречься от веры, на что я оказалась не готова, и теперь надеюсь вернуться домой.

— Руки на желтые круги, — гаркнула комистка, принимая у меня лист.

Я вздрогнула от силы ее голоса и послушно приложила ладони к нижней стороне тулова. Прикрыла глаза и воскресила в памяти вид коммуникационной чаши монастыря.

— Ожидайте ответа, — вновь гаркнула комистка.

Я кивнула, открывая глаза. Чаша опустела, а когда ответ придет, поднять лист со дна смогу лишь я. С именными посланиями для комисток всегда морока, это адресованные на должность может получить доверенное лицо или личный помощник.

Мысли невольно соскользнули на Увэ. Храмы волей богов связывала единая сеть, возникающая, стоило где появиться новому, хоть самому захудалому, и работу коммуникационных чаш обеспечивала всеобщая вера. А для обычного люда прокладка связующих трасс, настройка и поддержание работы ложились на плечи магиков. Наверняка, в академии милорда таких специалистов тоже учили.