— Заходи, — ответил Савелий.

Я вошёл и встал в центре кабинета, там же, где стоял в прошлый раз.

Савелий молча смотрел на меня.

— Задание выполнено, — спокойно констатировал я.

А затем достал сердце голема, сделал несколько шагов вперёд и положил его на стол. Савелий взял артефакт в руки и некоторое время просто смотрел на то, как тьма переливается внутри.

— Знаешь что, Тим, — произнёс он, взглянув на меня холодными глазами, — давай-ка ты напишешь мне отчёт. Подробный.

Савелий достал из стола пергамент и подвинул ко мне перо и чернильницу. Я сел за стол и быстро вывел доклад о том, что случилось в вылазке. Без лишних деталей, только самое необходимое. Как только я закончил писать, Савелий потянул лист на себя. Он пробежался по нему глазами, его лицо при этом не выражало абсолютно ничего. Наконец, он отодвинул пергамент в сторону.

— Если всё так и было, — он три раза стукнул ногтем по листу, — то испытание пройдено. Орден признаёт твой вклад.

— А если было не так? — спокойно спросил я.

— Орден разберётся, — уголки губ Савелия чуть дёрнулись вверх. — Всё равно официальная церемония посвящения в Вороны будет позднее. Нам ещё нужно понять количество прошедших Подмастерьев.

Я предполагал, что, кроме всего прочего, им ещё нужно было подождать, пока эти Подмастерья восстановятся и решат, хотят ли они и дальше оставаться в ордене.

— Всех Подмастерьев будет ждать проверка ауры и клятва императору, — продолжил говорить Савелий, его взгляд стал острым. — Имперские чиновники, которые должны её принять, сейчас заняты. Когда всё устаканится, то ты и твой отряд получите свои нашивки и принесёте клятву.

Савелий сделал многозначительную паузу, подчёркивая важность момента.

— Но я советую уже вести себя как Ворон. Потому что с этого момента спрос с тебя и твоих будет как с Воронов. Свободен.

На этом мой доклад завершился. Никаких поздравлений и аплодисментов. Орден всего лишь избавился от одной из проблем. Я вышел из кабинета во двор и отправился в казарму.

Следующие несколько дней пролетели в странной череде событий. Цитадель зализывала раны. Большинство Подмастерьев вернулись с испытания, и боевой дух был приподнятым. Многие раненые Подмастерья уже шли на поправку.

Я редко видел своих соратников. Ярослава проводила большую часть времени на тренировочной площадке, вымещая на манекенах своё напряжение и злость. Иван привычно присоединился к ней. Соловьёв просто отсыпался. А Олафа с Алёной я вообще не видел. Я же занялся самым главным: медитировал и разбирался с новой силой, что теплилась внутри.