Мы шли вперед – мне так казалось, хотя в этой мгле невозможно было понять, быстро ли и далеко ли уже прошли. Гребцы дрожали от натуги и страха, уключины скрипели, несмотря на смазку. Я считала минуты. Наверняка она уже над нами. И сейчас подползает к выходу из пещеры, вынюхивая, кто помясистей. Хитоны моряков промокли от пота, плечи сгорбились. Те, кто не греб, укрылись, где могли, – скорчились за сложенными в бухту тросами да у основания мачты.

Я устремила взгляд вверх, и она появилась.

Серая, как туман, как сама скала. Я всегда представляла себе ее на кого-то похожей – на змею, осьминога, акулу. Но настоящая Сцилла ошеломляла, мой разум силился постичь ее грандиозность. Ее шея вздымалась выше корабельных мачт. Шесть голов – уродливых, бесформенных, как застывшая лава, – разинули пасти. Черные языки облизывали зубы – каждый длиною с меч.

Взгляд Сциллы был прикован к людям, а те ее и не видели – страх и пот застилали им глаза. Сцилла приближалась, сползая по скале. Зловоние рептилии ударило мне в нос – так скверно пахнет в извилистых подземных норах. Шеи ее переплетались, из одной пасти протянулась ниткой и капнула слюна. Тела ее я не видела. Оно было скрыто туманом, как и щупальца, о которых давным-давно говорила Селена, – мерзкие, бескостные, ни на что не похожие. Гермес рассказывал, что они как скрученные конечности рака-отшельника и Сцилла, спускаясь вниз за добычей, держится ими за стены пещеры.

Шеи ее заколыхались и стали сжиматься в пучок. Она готовилась напасть.

– Сцилла! – воскликнула я голосом бога.

Она завопила. Издала нестройный пронзительный звук, будто взвыла разом тысяча псов. Кое-кто из гребцов побросал весла, заткнул уши. Краем глаза я видела, как Дедал оттолкнул одного и занял его место. Но мне теперь было не до него.

– Сцилла! – воскликнула я вновь. – Я Перс! Целый год разыскиваю тебя по морям.

Она уставилась на меня – глаза мертвые, просто дыры в серой плоти. Из одного ее горла вырвался хрип. Способность к речи Сцилла утратила.

– Эту дрянь, мою сестру, изгнали за то, что она с тобой сделала, – сказала я. – Но она заслуживает худшего. Какой мести ты желаешь? Скажи. И мы с Пасифаей отомстим за тебя.

Я старалась говорить медленно. Каждая секунда – еще один взмах весел. Сцилла сверлила меня глазами, всеми двенадцатью. Я видела кровь, запекшуюся вокруг ее пастей, обрывки плоти, застрявшие меж зубов. И чувствовала, как тошнота подступает к горлу.

– Мы искали для тебя лекарство. Чудодейственное снадобье, чтобы вернуть тебе былой облик. Нам не хватает тебя прежней.