— Майри! — крикнула я, — Майри-роза, хватай Китти и беги, беги, беги!
Майри уже проснулась — мой первый крик разбудил их обеих. Она схватила Китти за талию и потащила ее к двери. Китти ревела как резаная, но Майри продолжала молча и решительно тащить ее к выходу. Я встала на колени рядом с Блезом Лорентеном и попыталась вонзить кинжал ему в горло. Но клинок только скользнул по его ключице, оставив длинный, неглубокий порез на его плече. На его рубашке расплылось еще одно кровавое пятно. Он крякнул и слабо махнул рукой.
«Tante Mar упала».
— Это ты упадешь! — завопила я и снова ударила его кинжалом. Он больше не издал ни звука.
— Проклятый трус! Ты больше не встанешь, и пусть твоя черная душа вечно горит в аду!
— Maman! — крикнула Майри. Ее тонкий голосок звучал тихо и жалобно. — Maman, выходи скорее!
Я, шатаясь, поднялась на ноги, все еще крепко сжимая в правой руке окровавленный кинжал, и выбежала наружу. Было прохладно и пасмурно, и я ощущала запах навоза, прелой соломы, нечистот и слабо доносящийся откуда-то издалека запах моря в заливе Ферт-оф-Форт. О, Зеленая Дама, святой Ниниан, о море, море, море, все отмывающее дочиста! Я подхватила ревущую Китти левой рукой и зажала ее под мышкой.
— Держись за мою юбку, Майри-роза, — бросила я. — А теперь бежим!
Мы побежали по переулку. Куда мы бежали? Я этого не знала, и мне было все равно. Я должна была убежать подальше от того сарая, я и мои малышки. Думаю, я добежала бы до Куинзферри[102] , если бы в конце переулка путь мне не преградил мужчина в черном плаще, держащий в руке обнаженную шпагу, тускло поблескивающую в свете огней, что освещали ближайшую улицу.
Я поставила Китти на ноги и спрятала обеих девочек за моими юбками.
— У меня есть кинжал, — проговорила я, тяжело дыша от ужаса и муки. — Я только что убила человека и вас тоже убью, если вы…
И тут я поняла, кто это.
— Нико, — прошептала я.
Его лицо было бело, как кость, отполированная морем.
— Ринетт, — проговорил он. — Sainte-grâce[103] , ты не ранена?
— Нет. Разве что немножко. Мои руки. Это не моя кровь, а его.
— И ты его убила? Ты уверена? Где ты взяла кинжал?
— Да, я уверена. Это его собственный кинжал. Я устроила ему ловушку. Нико, что ты здесь делаешь?
— Я пришел за тобою и детьми. — К его лицу прилило немного краски, и его губы скривились в горькой — почему горькой? — усмешке. — Но я вижу, что ты спаслась без посторонней помощи. Ринетт, нам надо скорее уходить. Нельзя, чтоб нас видели здесь в таком виде.
— Мне все равно! Пусть меня все видят! Он убил их всех: и тетушку Мар, и Дженет, и Уота, и Джилла, и Сейли. Я привезла их сюда из Грэнмьюара, потому что не могла больше жить с ними в разлуке, и Рэннок Хэмилтон их всех убил. Они вместе это замыслили: Рэннок Хэмилтон и Блез Лорентен.