— Стало быть, мы вернулись к тому, с чего начинали во Франции много лет назад, — сказала королева и посмотрела прямо на меня своими топазовыми глазами — ее взгляд обладал такой силой, а она, похоже, об этом даже не догадывалась. — Reinette и Ринетт снова не в ладах. Но теперь, Марианетта, вы увидите, что я уже не маленькая игрушечная королева, какой была тогда. Я приехала в Шотландию, чтобы править, и я буду править!
Я опустила глаза. Я не буду больше говорить, но всем своим видом выкажу ей почтение — это всегда доставляло ей удовольствие.
— Итак, вот вам мое решение, — продолжала она. — Я дам вам место среди моих придворных дам, но за вами будут наблюдать. Вас не станут принуждать к новому замужеству, и ваши поместья, пока вы живете при дворе, будут находиться под моей защитой. Однако я не стану утверждать вас в полном владении ими и в распоряжении получаемыми от них доходами до тех пор, пока вы не отдадите мне ларец.
— А она умнее, чем ее считают, — подумала я, а вслух спросила: — А как насчет убийцы моего мужа?
— Я не могу вам обещать, что его непременно поймают, да вы наверняка и сами это понимаете. Но я велю начать расследование этого преступления от имени короны.
Я склонила голову и сделала глубокий реверанс, как будто это я подчинилась ее воле, а не наоборот.
— Я склоняюсь перед вашим решением, мадам.
— Итак, — сказала она с характерной для нее быстрой сменой настроения, — завтра я покидаю Эдинбург для короткого путешествия на север. Весь мой двор будет сопровождать меня, но вы, Марианетта, поскольку вы еще нездоровы, останетесь в Холируде.
— Я буду ожидать вашего возвращения, мадам.
— Смотрите, никуда не уезжайте. Я назначу людей, чтобы они сопровождали вас, если вы будете выходить в город.
— Конечно, мадам.
— Я не желаю, чтобы вы отдали серебряный ларец моей матушки кому-либо другому.
— Я либо отдам его вам, либо не отдам никому. — Я не шутила. Если бы не сила, которую он давал мне, чтобы добиться того, чего я хотела, я бы спокойно оставила его на веки вечные под часовней Святой Маргариты. — Я буду с нетерпением ждать того дня, когда смогу отдать его в ваши руки.
Глава девятая
— Ринетт, тебя там спрашивает какой-то господин, — сказала Дженет. — Уж не знаю, кто он такой, но вид у него холеный, платье дорогое, и говорит он на английский манер.
Я сидела на середине кровати и играла с Майри. У нее были на удивление сильные пальчики, и она так крепко хватала меня ими за указательный палец, что я могла немного приподнять ее с простыни. Сегодня ей исполнился месяц.
— Разве он не назвал своего имени? Почти все придворные путешествуют по северу страны с королевой, а больше я никого в Эдинбурге не знаю.