Я слегка отпрянула.
— Я никогда не поеду в монастырь на Монмартре, — сказала я. — Я могу захотеть поехать в Эдинбург. Или в Жуанвиль, или в Клерак. Но не на Монмартр.
Он убрал волосы, упавшие мне на лоб, и погладил меня по голове.
— Значит, Монмартр отпадает.
— Посещать, — сказала я. — И ненадолго. Мои отец и мать жили при дворе и посещали Грэнмьюар лишь по временам. Мне бы хотелось поступать как раз наоборот.
Он улыбнулся.
— Значит, мы будем поступать наоборот.
Через три дня он закончил копировать книгу, и после этого мы все вместе отправились в Эдинбург.
Глава тридцать пятая
2 марта 1565 года, Дворец Холируд
— Рэннок Хэмилтон в Эдинбурге.
Щетка, которой тетушка Мар расчесывала мои волосы, замерла. У меня во рту пересохло.
— Где ты это слышала? — спросила я.
Дженет вошла в спальню, на ходу снимая шаль.
— На Хай-стрит, — ответила она. — Об этом толкуют везде и всюду. Этот англичанин Дарнли, итальянец Риччо, француз Лорентен и Рэннок Хэмилтон. Эта четверка каждую ночь бражничает и бесчинствует в городских кабаках и публичных домах.
— Ты уверена, что он здесь, Дженет? — спросила тетушка Мар и отложила щетку. Я знала, о чем она сейчас думает: «Нам не следовало привозить с собой детей».
— Он не должен был приезжать сам, — сказала она вслух. — Чтобы уладить дело с разводом, ему надлежало послать в Эдинбург своего представителя.
— Сама я его не видала, но остановила на улице парочку пригожих парней и спросила, не Рэннока ли Хэмилтона из Кинмилла они видели вместе со всей этой троицей чужеземцев. И они сказали, что видели именно его.
Я повернулась и посмотрела на тетушку Мар.
— Иди к Майри и Китти и посиди с ними. Пусть с вами побудут Уот и Джилл. Я уже почти одета и закончу одеваться сама, а если понадобится, мне поможет Дженет.
Мы прибыли в Эдинбург накануне вечером во время сильной грозы, и Нико сразу же отправился в покои королевы. Я не ожидала увидеть его снова, пока королева не призовет к себе также и меня. Хотя это и огорчило нас до глубины души, мы с ним договорились: пока меня не разведут с Рэнноком Хэмилтоном и пока не будет официально оформлено мое опекунство над Майри и Китти, мы не станем видеться наедине. Наверняка это продлится всего лишь несколько недель. Мы подождем, как бы мы ни тосковали по друг другу, покуда не сможем сочетаться законным браком.
Все мы, остальные, кое-как втиснулись в две комнаты под крышею Холируда, и не успели мы уложить детей под раскаты грома и сверкание молний, как к нам явилась фрейлина, передавшая мне повеление королевы отобедать с нею на следующий день. Нынче утром тетушка Мар тщилась привести меня в подобающий вид, облачив меня в платье из потертого черного бархата с корсажем и рукавами из атласа в черную и белую полоску. Дженет тем временем отправилась на Хай-стрит, чтобы послушать, что народ толкует о лорде Дарнли. Назад она вернулась с такими новостями, которые ни одна из нас не предполагала услышать.