Через два дня Кай спустился вниз с пачкой готовых эскизов. Я ахнула. Это было нечто совершенно иное. Он не просто нарисовал зверушек и цветы. Он создал маленькие сцены, полные жизни и очарования. На одной открытке пушистый котенок с наивными глазами пытался поймать лапой бабочку, порхающую над букетом васильков. На другой – два зайчонка, прижавшись друг к другу, смотрели на первый подснежник. Третья изображала самого Кая, стоящего у прилавка своей лавки с книгой в руках, а на четвертой была я, склонившаяся над цветком, и вокруг вились сказочно красивые, почти светящиеся мотыльки. Он изобразил меня не красавицей, а сосредоточенной, увлеченной своим делом девушкой, и в этом была какая-то особая правда, от которой щемило сердце.
- Кай… это… это прекрасно, – прошептала я, перебирая листы.
- Это правда, – просто сказал он. – То, как я ее вижу.
В тот же день он отнес эскизы к граверу, а сам отправился к резчику Генри. Я осталась ждать, нервно переставляя вазы и придумывая, как лучше оформить витрину для нашей будущей «презентации».
Вечером Кай вернулся не один. С ним был невысокий, коренастый мужчина лет пятидесяти с руками, испещренными шрамами и занозами, и добрыми, умными глазами. Генри.
- Вот, смотри, – Кай выложил на прилавок несколько деревянных фигурок.
Я снова ахнула. Это были не просто игрушки. Это были характерные, полные обаяния существа. Медвежонок, сидящий на задних лапах и почесывающий за ухом. Лисенок, застывший в грациозном прыжке. Зайчик, прижавший уши и словно прислушивающийся к чему-то. Дерево было тщательно отшлифовано, чувствовалась каждая деталь, и от фигурок исходил теплый, живой аромат липы.
- Генри, это… это волшебно, – выдохнула я.
Старый мастер смущенно ухмыльнулся.
- Да пустяки, леди. Дерево живое, оно само подсказывает, кого в нем скрывает. Лорд Кай сказал, вам для важного дела. Рад помочь.
Мы договорились, что Генри сделает для нас первую партию – по двадцать фигурок каждого зверя. А Кай тем временем договаривался с тем самым летописцем, который когда-то написал о моей «Магии Жизни». Тот, услышав о новой «кампании», проявил живейший интерес. Скандал с нападением на лавку уже стал достоянием общественности, и история приобретала новый, захватывающий виток.
Презентацию мы назначили на конец недели. Я решила не просто выставить товар, а устроить небольшое чаепитие для прессы и нескольких влиятельных горожан, которых Кай предложил пригласить. Лора с отцом вызвались обеспечить нас выпечкой, а Марта – своими травяными сборами.
Последние приготовления были самыми нервными. Я вымыла лавку до блеска, расставила цветы в самой выигрышной композиции, разложила на отдельном столике первые отпечатанные открытки и деревянные фигурки. Они выглядели такими беззащитными и милыми на фоне мрачной истории, которая за этим стояла.