В тот же вечер я рассказала о своем эксперименте Каю. Он слушал, заинтересованно склонив голову.

- Интересно, – произнес он, когда я закончила. – Ты нашла способ укреплять не просто стебли, а саму основу. Это… это меняет многое. Представь, если бы ты могла делать так с фруктовыми деревьями в садах или с зерновыми культурами. Урожайность, устойчивость к засухе…

В его глазах горел огонь открытия. Он видел практическое применение моей магии в масштабах, о которых я и не задумывалась. И в его взгляде не было алчности, лишь чистое, ученое любопытство и восхищение.

- Я не уверена, что смогу, – осторожно сказала я. – Это было интуитивно. С одним корнем.

- Все великие открытия начинаются с малого, – улыбнулся он. – Но это не то, о чем я хотел с тобой поговорить.

Он замолчал, и в его обычно уверенных глазах я снова увидела тень той самой уязвимости, что бывала в нем так редко.

- Вайда, мы с тобой прошли через многое. Побег, страх, нападения, интриги… Мы построили нечто большее, чем просто бизнес. Мы построили… нас.

Я кивнула, сердце начало биться чаще. В воздухе запахло чем-то важным.

- Я никогда не был хорош в словах, – продолжил он, глядя на наши сплетенные пальцы. – И я не буду сыпать цветами цитат из старых книг. Все, что я могу сказать – это то, что мой мир, который когда-то состоял из пыльных фолиантов и тишины, теперь полон красок, запахов и… тебя. И я не хочу, чтобы это когда-нибудь закончилось.

Он отпустил мою руку и опустился передо мной на одно колено. В его руке был не бархатный футляр с кольцом, а небольшой, продолговатый камень темно-зеленого цвета, испещренный прожилками, похожими на древние письмена.

- Это не алмаз и не золото, – тихо сказал он. – Это осколок звездного камня. Ему миллионы лет. Он помнит рождение этого мира. Я нашел его в руинах обсерватории. Он… он как ты. Пришел из далекого, непостижимого мира, чтобы стать частью моего настоящего. Вайда… Согласись стать моей женой. Дай мне право быть твоим корнем. Твоей опорой. Навсегда.

Я смотрела на него, на этот странный, несовершенный, но такой бесконечно дорогой камень в его ладони, и на его серьезное, прекрасное лицо. Слезы катились по моим щекам, но это были слезы счастья. Он предлагал мне не роскошь и не титул. Он предлагал мне себя. Свою верность, свое понимание, свою любовь ко всей моей сложной, двойственной сущности. Он видел во мне не бывшую Лидию и не несчастную Вайду, а просто меня. Ту, что я есть.

- Да, – выдохнула я, и это было самым легким словом, которое я когда-либо произносила. – Да, Кай. Тысячу раз да.