Причем не природный пожар, а поджог. Возможно, незапланированный, не естественного происхождения.

В небольшой уютной бухточке, располагавшейся метров на триста ниже и примерно на полкилометра западнее, стояла пара кораблей. Один — хеландий вроде того, что преследовал «Живущего боем» четыре дня назад. А рядышком — нурманский драккар. Мирная такая картинка.

А вот на берегу миром и не пахло. Пахло разбоем. И поскольку ромейской морской пехоте нападать на ромейское же поселение вроде бы ни к чему, то нетрудно предположить…

Неужели они нашли беглых союзников?

Так или иначе, но рискнуть стоило.

— За мной! — скомандовал Сергей, пуская коня галопом.

Однако уже через пару минут пришлось сменить аллюр на шаг, а потом и вовсе спешиться, помогая лошадкам преодолевать крутизну.

А чуть позже движение и вовсе застопорилось, потому что друзья наткнулись на толпу беженцев. Задыхаясь, в поту, с выпученными от страха глазами, растянувшись минимум на полкилометра, бедолаги пёрли вверх по тропе…

Хотя нет, бедолагами были не все. Возглавляли бегство одиннадцать псилов, лёгких ромейских пехотинцев, тоже запыхавшихся, но куда более бодрых, чем остальные.

Хотя «возглавляли» — неподходящее слово. Просто вояки были более прыткими.

Запахло нехорошим.

Но Сергей верно просчитал местных бойцов: трусы, дезертировавшие с поля боя.

— Трусливые крысы! — крикнул он по-ромейски. — Сбежали, забыв свой долг перед фемой⁈ А ну назад!!!

Повезло, что солнце оказалось у него за спиной и снизу было не разглядеть толком ни его лица, ни подробностей экипировки. Только сверкающий шлем и бронь на плечах.

Нет, команду его не выполнили. Но и в драку не полезли. Кинулись в росшие справа от тропы кусты. Густые, надо отметить, и вдобавок колючие.

Однако проломились. С воплями и руганью.

Машег засмеялся и сунул лук обратно в налуч.

Спуск продолжился.

Недолго. Через пять минут они встретились с основной массой беженцев.

Всё. Дальше — или стоять, или — по головам, если совести хватит. Тропа редко где превышала в ширину пару шагов, а местами сужалась и до одного. Пришлось встать на одной из площадок и ждать. Впрочем, Сергей понимал: время у них есть. Нурманы — парни обстоятельные. Пока не обчистят городишко, в море не уйдут.

Беглецы при виде трёх всадников, двое из которых были неплохо вооружены, вели себя по-разному.

Кто-то шарахался в ужасе, кто-то пытался предупредить, мол, там, внизу, люди севера. Бегите, пока есть возможность. Один, навьюченный парой здоровенных сумок вроде тех, что приторачивали к сёдлам, даже остановился и предложил продать лошадей.