— Машег!
Хузарин тоже решил поучаствовать в бою.
— Машег! Уходим!
Промедление их чуть не погубило.
Со склона горы бегом ссыпалось с десяток пехотинцев-сфендонитов[41] .
Но обстрелять друзей они не успели. Появление всадников стало сюрпризом и для них.
Ромея, неосторожно выскочившего на тропу, Сергей зарубил мимоходом. Остальные пустили в ход пращи. Пара снарядов поразила цель: один грохнул в щит Сергея, другой приложил его лошадку по крупу, отчего бедное животное лишь прибавило ходу. Скакавший вторым Машег развернулся в седле и продемонстрировал, как он умеет бить на звук раскручивающихся пращей. Боевой пыл сфендонитов тотчас угас.
Мчаться галопом по узкой тропе — ещё то удовольствие. Дороги Сергей практически не различал, полагаясь на лошадь, с которой он познакомился только вчера.
И кобылка не подвела. Никуда не свалилась, ни во что не врезалась, а через пару километров самостоятельно перешла с галопа на шаг, пропуская вперёд рвущегося в лидеры Машегова жеребца. Сергей не возражал.
До цели они добрались, когда начало светать. Тоже неплохо. Спускаться в темноте да ещё и с лошадьми было бы непросто, так что их оставили наверху. На время. Машег убедил Сергея, что идти сушей будет и быстрее, и безопаснее. Пара всадников привлечёт меньше внимания, чем судно «русской сборки».
Но вниз, в бухту, они всё же спустились. За припасами, стрелами, ну и просто поспать перед дорогой среди своих, в безопасности.
— Здрав будь, Варт!
Одним из «секрета», сторожившего спуск, оказался отрок, с которым они убегали после того, как потонул «Живущий боем».
— И ты будь.
— Из города?
— Да.
— И как там?
— Пока наш.
Во всяком случае, Сергей на это надеялся.
И, как выяснилось, надеялся он не зря. Утром, когда друзья, позавтракав со своими, стали собираться в дорогу, пришла добрая весть: русы сумели удержать город.
Главная заслуга в этом, несомненно, принадлежала нурманам Харальда. Они отбили не только катафрактов, но и подоспевшую пехоту.
Но свою роль сыграли и стрелки на стенах. Причём не только русы, но и присоединившиеся к ним добровольцы из городского ополчения. Население Самкерца осознавало, что будет, если город захватят ромеи. Как только стало известно, что Рёрех намерен договориться с представителями хакана о мирной передаче города (слухи об этом распространили намеренно), многие горожане выразили готовность помочь в обороне. О том, что мирный план реализуется, только если Сергей и Машег сумеют договориться с благочестивым Песахом, горожанам говорить, естественно, не стали.
Глава 28 Сергею представляется возможность в очередной раз убедиться, что гуманизм и благочестие — совершенно разные понятия