Сдавшихся моряков согнали к мачте, дали древком копья по голове капитану, который попытался вступить в переговоры, и…
— И кто это у нас? — Можно подумать, ты меня не узнал, Хаги! — буркнул Сергей, держа руку на мече.
За его спиной, слева, замер Машег с луком на изготовку.
— Конечно, я тебя узнал, маленький дерзкий варяг! — Хаги Маленький расплылся в кривозубой улыбке. — И ты здесь, и твой красавчик-приятель. А наш ярл… далеко!
До чего ж паскудная рожа. Широкий рот, клочковатая борода, сплющенный негритянский нос, лба, считай, нет, зато уши — лопастями. И сам Хаги весь какой-то нескладный, сутулый, почти горбатый. Ростом не вышел, зато руки длиннющие, как у шимпанзе.
Надо же, как не повезло. Из всех хёвдингов ярла Харальда Скулдисона им встретился именно этот.
Единственный, с кем у Сергея сложились по-настоящему скверные отношения…
Глава 7 Самкерц. Тремя неделями ранее
Грозные византийские дромоны покинули гавань Самкерца, унося на палубах ужас и трепет средневекового мира — метатели «греческого огня». А также патрикия Николая Пиперата со свитой и с копией свежеподписанного договора о сотрудничестве.
«Византийская империя в лице своего представителя имярек с одной стороны, хакан Таматархи Олег с другой стороны…»
Впрочем, новоиспечённый хакан тоже задерживаться в отжатом у хузар городе не планировал. Через несколько дней он намеревался отплыть домой, в свой стольный град Киев.
И вместе с ним, под защитой княжеских лодий, вверх по Днепру уходил длиннющий караван трофейных кораблей с добычей. А с княжьей флотилией — ещё один флот, смешанный, многонациональный и разноплемённый. Торговые корабли независимого купечества.
Упустить возможность провести суда под такой знатной охраной не захотели даже хузарские купцы. Впрочем, мало кто из них скорбел о безвременной кончине убитого Рёрехом Булана, прежнего наместника Самкерца-Таматархи-Тмуторокани. Те, кто скорбел и лелеял месть, при первой же возможности покинули город. Это было несложно. Ворота Самкерца великий князь запирать не стал.
Олег уходил из Самкерца с огромной добычей, но главным его призом стал сам город и прилегающие территории. Их киевский князь оставлял за собой, прибавив к своему княжескому титулу ещё один, хакана Тмутороканского. Хотя следует признать: власти над собственно Тмутороканью-Таматархой у Олега не было. Там по-прежнему распоряжались хузары.
«Местником моим в городе сём я назначаю Рёреха, сына князя беловодского Стемида! — объявил Олег во всеуслышание утром после переворота. — Воеводой же при наместнике Рёрехе я ставлю… ярла Харальда Скулдисона!»