Корона оттягивала руку и отвлекала внимание от воспоминаний на себя. Я бы ни за что не сделала то, что сделала, если бы все это время не гнала из своего сознания навязчивый образ, стоящего у проруби черного короля. Все тот же зимний лес и он один, смотрящий на меня.
Я думала это фантазия, но она не поддавалась корректуре, не менялась, и это настырное явление уже некоторое время не выветривалось из моей головы, появляясь вновь и вновь.
Он будто ждал меня, но это невозможно. Не было ничего, кроме моих не подкрепленных логикой ощущений, которые привели меня к дереву и корням, доверившись им, я сделала то, на что не решилась бы, если бы дала себе на раздумья чуть больше двух минут.
Взявшись за корону двумя руками, я вскинула руки и опустила ее на голову, пообещав себе, что сниму ее через мгновение, но свет погас раньше, чем я это сделала.
23
Дикая, ни на что не похожая боль и ужас. Гул чужих, зовущих на помощь голосов. Тьма и размытые силуэты с изуродованными мукой лицами. Ослепленная болью, запертая в кошмаре, я металась по лесу, пока запнувшись, не свалилась в озеро, вспомнив, что я в воде возле вечного древа.
Сердце бешено колотилось в груди, подпрыгивая в горло и не давая дышать, ужас вытесняла боль, жгущая, стальными когтями разрывающая внутренности. Я знала, что кричала, но не слышала своего голоса, он тонул в тысяче чужих голосов. Рядом выли волки, шипели змеи, кричали птицы. Я пыталась открыть глаза, но ничего не видела, единственное, что я чувствовала это воду, кости мертвецов и метал, по которым скользили мои руки.
Мне кажется, я потеряла сознание, потому что все закончилось резко и также резко началось. Я обнаружила себя в воздухе, крылья разрезали холодный воздух зимнего леса. Голые ветви сделали лес прозрачным, а мороз хрустальным.
Избавление от боли и наступившая тишина, сделали полет сладким. Прохладная нега и покой полета баюкали сознание, еще никогда он мне не доставлял такого удовольствия и также я была рада, что я была одна, без волокущейся следом оравы ворон. В наступившем безмолвии был только воздух, крылья и несущий меня сквозь деревья поток. Можно было бы так и остаться, если бы краем глаза я не зацепилась за темный силуэт.
Попытка улететь провалилась, полюса сменили вектор, и полет закольцевался вокруг затянутого льдом озера, в центре которого стоял черный король. Его лицо, еще скрывала часть оставшейся маски, но то, что открылось, небольшая родинка на подбородке, заставила отвернуться, в надежде закрыть глаза сжавшемуся в дурном предчувствии сердцу.