Я могла бы ему возразить, сказав, что вороны всеядны, но я была птицей, а он верил в то, во что хотел верить. И не сказать, он был не прав... Он вскочил со своего места, собираясь захлопнуть приоткрытую оконную створку, но я была быстрее.
Я закопала себя не только тем, что набросилась на клюкву, но и тем, что игнорировала все орехи и семечки, тогда как ни одна ворона, кроме меня добровольно не отказывалась от угощения. Дошло это до меня почему-то, только когда я уже облажалась с клюквой. Честно говоря, я даже не задумалась в тот момент, что делаю. Возможно, во всем были виноваты птичьи инстинкты, но до клюквы мне удавалось их контролировать.
Слава богу, мне хватило ума не прятаться в выступе, где я обычно отсиживалась, а рвануть сразу в лес, потому что как только Алекс высунулся в окно, все вороны, которые окружали замок, с диким криком поднялись в воздух и черным десантом рванули следом.
Еще никогда я не удирала с такой скоростью, они бы нашли меня, если бы не подвернувшееся мне пустое дупло, в которое я фактически врезалась, не вписавшись в крутой поворот, который попыталась совершить, чтобы уйти от погони. Они просто не успели меня нагнать, чтобы заметить, куда именно я спряталась.
Вы когда-нибудь дрались с вернувшейся белкой за дупло? Нет? А вот я — да…более того, я сожрала, часть ее ореховых припасов. Мне было совестно, но не сказать чтобы прям очень. Как-никак мы тут по законам джунглей живем. Но вообще перед белкой мне было все-таки совестно, поэтому я сдержала себя и не сточила все, что нашла. Это было трудно.
Не знаю, сколько я просидела в дереве, но крик ворон затих нескоро. К тому времени, как все улеглось и лес заснул, я окончательно решила, что не вернусь. Я не хочу, чтобы к чувству вины за прошлое, которое так и не удалось свалить на «чужую Владу» и тоски, добавилась ответственность за то, что будет происходить теперь.
Я ничего не могу сделать, кроме как окончательно свести его с ума своим присутствием и чёкнуться вместе с ним, поэтому, как только я обнаружила вечное озеро и древо, я облетела его раз сто в разных направлениях и несколько раз ныряла в надежде вернуться в свое время, но ничего не выходило, поэтому я просто решила, что останусь тут.
27
Порой мне казалось, что если я не буду впиваться когтями в кору вечного дерева, меня оттащит от него и приволочет в волчий замок, настолько сильной была тоска и странное, необъяснимое для меня притяжение.
Чтобы отвлечься, я пыталась себе это как-то объяснить, раздробить смутные, не формулируемые ощущения на что-то понятное, перевариваемое, чтобы через эти упрощенные куски понять, что с этим делать, но низвести выворачивающие наизнанку чувства до мелочи не выходило, потому я просто цепенела и не шевелилась, проваливаясь в себя как в панцирь.