Я почувствовала — как связь Вейлана дрогнула.

Серебристый свет мелькнул на краю моего зрения, прошёл дрожью по его силуэту — иллюзия затрещала, как горящая бумага.

Концентрация пошатнулась.

Инспектор обошёл Кайру сзади, остановился слишком близко — так близко, что его дыхание шевелило волосы на её затылке.

Рука легла на бедро — сжал, оценивая плоть под пальцами, словно проверял спелость плода.

А потом шлёпнул — резко, громко, ладонь хлопнула по заду с таким звуком, что эхо прокатилось по трюму.

— Упругая, — усмехнулся он, и в голосе прозвучало удовлетворение. — Очень хорошая. Шесть тысяч. Может, семь, если отмыть как следует.

Кайра застыла, стиснув зубы, пальцы сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

А иллюзия вокруг Вейлана замерцала сильнее — серебро прошило края его фигуры, исказило черты на долю секунды. Я увидела — на краткий миг, сквозь дрожащую завесу — настоящее лицо. Ярость. Чистую, белую ярость, что кипела под поверхностью.

Срывается.

Ещё секунда — и иллюзия рухнет.

Я не думала. Тело двигалось само — инстинкт, отчаяние, необходимость отвлечь.

Шагнула вперёд и споткнулась — нарочито неуклюже, рухнула на колени с глухим стуком, что привлёк внимание.

— Прости! — выдохнула я, поднимая голову, изображая смущение и страх. — Прости, я не хотела!

Инспектор обернулся резко, и внимание переключилось с Кайры на меня.

— Что за…

— E-7743, — прошептала я быстро, поднимаясь медленно, покорно опустив голову. — Прости. Споткнулась. Не хотела мешать.

Через узы я ощутила — как иллюзия Вейлана стабилизировалась. Серебро погасло. Трещины затянулись. Он держался. Едва, но держался.

Кайра быстро отступила, вернулась к нему, и он обнял её одной рукой — крепко, защитно, прижал к себе так, словно мог спрятать от всего мира.

— Тебя не вызывали, — буркнул инспектор, но уже шёл ко мне, и взгляд скользнул по фигуре оценивающе.

— Прости, — повторила я тише, не поднимая глаз.

— Ну раз уж встала…

Он остановился передо мной, и я ощутила его взгляд физически — липкий, тяжёлый, ползущий по телу.

Начал изучать меня медленно — каждую деталь, каждую линию.

— Молодая, — пробормотал он за моей спиной. — Здоровая на вид.

Рука легла на плечо — сжал, проверяя мышцы, но пальцы задержались дольше, чем нужно.

Спустилась ниже — по спине, медленно, слишком медленно, скользя по позвоночнику.

Я стиснула зубы, заставляя тело не напрягаться, не отстраниться.

Покорная. Ты привыкла. Ничего нового. Просто товар. Просто вещь.

Через узы хлынула первая волна от Ориона — жёсткая, острая, ощетинившаяся краями ярости.

Связь вспыхнула, и я ощутила — как он напрягся рядом, как каждый мускул превратился в камень, готовый взорваться действием.