Маленькие глаза блестели жадно — как у крысы, увидевшей мясо.

Я не двигалась. Притворялась спящей. Дышала ровно, не открывая глаз полностью — только щель, чтобы видеть.

Мужчина вошёл, закрыл дверь тихо — не до конца, оставил приоткрытой.

Свет из коридора падал полосой на пол, отбрасывал его тень — длинную, искажённую, похожую на лапу хищника.

Он остановился, оглядел комнату — медленно, методично.

Взгляд скользнул по мне.

Задержался на секунду — оценивающе, голодно.

Затем перешёл на Вайлет.

Ещё секунда.

И наконец остановился на девушке на третьей койке.

Губы растянулись шире — в улыбке, что заставила желудок сжаться.

— Вот она, — пробормотал он тихо, почти нежно, как говорят о драгоценности. — Красавица. Господин выбрал хорошо.

Подошёл к её койке — шаги лёгкие, почти бесшумные, но торопливые, нервные.

Я лежала неподвижно, сжав кулаки под одеялом так сильно, что ногти впились в ладони до боли.

Не двигайся. Не подавай вида.

Мужчина наклонился над девушкой, схватил её за плечо — резко, грубо:

— Эй. Просыпайся.

Она дёрнулась, проснулась с тихим вскриком — глаза распахнулись, полные ужаса.

— Т-тихо, тихо, — он зажал ей рот ладонью, наклонился ближе. — Не ори. Разбудишь остальных. Да и кому кричать? Охрана за дверью — мои люди. Не помогут.

Голос был тихим, вкрадчивым — почти ласковым, но под ним сквозила издёвка, наслаждение её страхом.

Девушка застыла, дыхание участилось — грудь вздымалась и опускалась быстро, панически.

— Вот так, умница, — он убрал руку медленно, провёл пальцами по её щеке — почти нежно, но от прикосновения её передёрнуло. — Господин Хаг ждёт тебя. Очень ждёт.

Он усмехнулся — звук был влажным, хлюпающим:

— Знаешь, он всегда так. Когда привозят новеньких — не может ждать до официального приёма. Нужно попробовать сразу. Проверить качество.

Наклонился ближе, так что его лицо было в сантиметрах от её:

— Как с вином, понимаешь? Откупоришь бутылку, глотнёшь… если хорошее — поделишься на празднике. Если так себе… ну, допьёшь сам в подвале. В одиночестве.

Губы растянулись шире:

— Ты понимаешь, о чём я, красавица?

Девушка попыталась отстраниться, прижалась спиной к стене:

— Я… я не…

— Тише, тише, — он положил палец на её губы, заставляя замолчать. — Не говори глупостей. Ты же понимаешь, что выбора нет? Господин приказал. А когда господин приказывает… ну, ты знаешь, что бывает с теми, кто не слушается.

Наклонился ещё ближе:

— Так что будь умницей. Вставай. Пойдём тихо, спокойно. Сделаешь, что велят — может, даже понравится господину. Тогда жизнь твоя станет… терпимой. Может, даже получишь привилегии. Лучшую еду. Мягкую постель. Кто знает?