Я задержал дыхание.

Земля-вода: зелёный плавно перетёк в синий. Без скачка, без мерцания. Как рассвет переходит в утро — незаметно, естественно.

Вода-воздух: синий растворился в белом. Чисто.

Воздух-огонь: белый вспыхнул красным — мягко, как угольки в камине, которые раздувает ветер.

Огонь-земля: красный ушёл в зелёный. Антагонисты нашли общий язык. Последняя граница — пройдена.

Яйцо светилось. Всё целиком, от основания до вершины. Каждая чешуйка отзывалась своим цветом, и эти цвета сливались в переливчатое сияние — как северное сияние, пойманное в серебряную оболочку. Жемчужина в пасти дракона мерцала мягким светом. Золотой дракон отражал свечение всех чешуек и казался не статуей, а существом — дышащим, готовым взлететь.

Василий открыл глаза и посмотрел на яйцо — светящееся, переливающееся, живое. Потом так же мягко деактивировал артефакт. Свечение плавно угасло.

— Готово, — произнёс он. — Почти готово.

Оставались финальная полировка и генеральная проверка.

Я позвал Воронина и Егорова на следующее утро, когда отец наконец-то высыпался в своей спальне на нормальной кровати, и показал им запись с камеры мастерской. Видео не передавало и десятой доли того, что я видел вживую, — но даже этого хватило.

Воронин смотрел молча, потом кивнул.

— Ради этого стоило спать пять часов в сутки четыре месяца подряд.

Финальная полировка была на Воронине. Каждую чешуйку — мягкой тканью, специальной пастой, с любовью, которую этот молчаливый человек проявлял только к металлу и камням.

— Итоговый бюджет, — объявила Лена, положив передо мной папку с расчётами. — Пятьдесят девять тысяч восемьсот рублей из шестидесяти тысяч.

— Двести рублей запас? — я поднял бровь. — На что?

— На шампанское, — невозмутимо ответила сестра. — Если выиграем.

Наконец, настал день генеральной проверки перед отправкой артефакта на регистрацию в Департамент.

Василий активировал яйцо — полностью, на всю мощность. Свечение разлилось по мастерской: зелёный, синий, красный, белый, пурпурный. Стены окрасились в радужные блики. Лампы стали не нужны — яйцо светило не хуже лампы. Жемчужина мерцала лунным светом. Дракон пылал золотом.

Я проверил каждую функцию. Защита — все четыре стихии, стабильно, без провалов. Исцеление — мягкое, ровное поле, которое восстанавливало силы владельца. Усиление — контролируемое, без скачков. Подпитка — камни тянули энергию из пространства и направляли к владельцу.

Универсальный артефакт высшего порядка. Не требующий настройки на конкретного человека. Работающий для любого, кто возьмёт его в руки.

Подарок, достойный императора.