Помощник закрыл папку.

— Допущенных кандидатов прошу следовать за мной. Практическая часть будет проводиться в защищённом зале нижнего уровня.

Мы спустились по широкой каменной лестнице — вниз, в подземный этаж. Я чувствовал защитные контуры в стенах — земля и вода, мощные, старой работы, наложенные кем-то, кто знал своё дело. Контуры гасили ударные волны, поглощали огонь, нейтрализовали воздушные выбросы.

Двери в практический зал были массивными — стальными, с артефактными замками, которые реагировали и на код, и на биометрию. Помощник Зубова приложил ладонь к панели, набрал комбинацию. Замки щёлкнули, двери отворились.

Зал впечатлял.

Метров тридцать в длину, двадцать в ширину, потолок — не менее десяти метров. Размер имел практическое значение: огненные выбросы, каменные конструкции, воздушные вихри требовали пространства.

Пол — каменные плиты, явно расходный материал: на них виднелись трещины и следы термического воздействия от предыдущих сессий. В центре — открытое пространство для испытуемого.

По периметру — зона для комиссии, отделённая защитным барьером. Барьер был серьёзным: уплотнённый воздух, армированный земляными контурами, с дополнительным огнеупорным слоем. Прозрачный, но непробиваемый для всего, что мог выдать маг седьмого ранга.

За барьером сидела комиссия из трёх человек.

В центре — Зубов, уже знакомый. Слева от него — женщина лет сорока пяти, с коротко стриженными волосами и значком восьмого ранга на лацкане тёмного жакета.

— Ирина Дмитриевна Краснова, — представил её Зубов. — Специалист по комбинированным стихиям, преподаватель Военно-магической академии.

Краснова кивнула — коротко, без улыбки.

Справа от председателя расположился пожилой мужчина с незажжённой трубкой в руке и суровым взглядом. На лацкане — значок девятого ранга.

Девятого!

— Пётр Ильич Громов, — продолжил Зубов. — Советник Ранговой комиссии.

Я мысленно отметил: девятый ранг в составе комиссии на экзамене на седьмой — это как генерал-лейтенант на смотре рядовых. Либо сессия особая, либо кто-то из кандидатов привлёк отдельное внимание.

Учитывая, что моя фамилия сейчас звучала из каждого утюга в ювелирном Петербурге, догадаться было несложно. Комиссия хотела убедиться, что результат будет безупречным — в обе стороны. И что никто потом не скажет, что Фаберже получил ранг по знакомству или, наоборот, был завален из зависти.

Громов посмотрел на меня. Я ответил взглядом — спокойным, уважительным, без вызова.

Зубов поднялся и обратился к десяти кандидатам, выстроившимся полукругом у входа:

— Господа, практическая часть экзамена состоит из трёх блоков. — Он загнул палец. — Первый — демонстрация каждой из трёх заявленных стихий по отдельности. Базовые упражнения: создание конструкций, контроль температуры, давления, потоков. Оценивается точность, сила и стабильность. Считайте это разминкой.