— «В порядке плановой работы». — Он положил письмо обратно. — Плановая работа в неделю после регистрации? Дорохов, это не плановая работа. Это атака.

— Это пока разведка. Первая фаза. Он завтра соберёт нашу формулу (устав, удостоверение, копии договоров с молокозаводом и хлебокомбинатом), унесёт к себе на стол, разложит. Атака будет следующей. Недели через две.

Артур слушал, не перебивая. Это у него тоже было: он умел молчать, пока не дослушает.

— Завтра ты сидишь со мной за столом. По нашему уставу председатель артели — ты, и Семихин обязан говорить с тобой. Говорить он будет всё равно со мной, и пусть; спор о форме нам не нужен. От тебя нужно одно: ровное лицо. Что бы он ни спросил, как бы ни засмеялся, ни одного лишнего движения.

— Засмеётся он обязательно, — сказал Артур. — Я Семихина по семинару помню. Смеётся, когда ему неуютно.

— Тем более. Папку держишь у себя, печать — у себя в кабинете, не выноси. Устав у нас в одном экземпляре. Семихин его завтра полистает, но с собой не получит: ни копии, ни выноса. Пусть запросит письменно, тогда подготовим.

— Принято. — Артур поднялся, забрал папку, но у двери задержался. — Дорохов. У меня к тебе тоже разговор. Не сейчас.

— Когда скажешь.

— После Семихина. Когда он уедет.

— Хорошо.

Он вышел.

Зинаида заглянула через минуту:

— Павел Васильевич, опять обком. Тот же коммутатор. Дымов Алексей Петрович.

Я снял трубку.

— Дорохов.

— Павел Васильевич, это Дымов. — Голос у Дымова был, как всегда, точный, на одной ноте, будто он читал по строке.

— Я знаю, что у Вас завтра в десять. По этому поводу и звоню.

— Слушаю Вас, Алексей Петрович.

— Семихин на новой линии с октября. На эту линию по пустякам не приглашают и сами по пустякам не ездят. Когда он напрашивается в район, это значит, что у него по Вам уже сложилось задание. Не от обкома задание. С другой стороны.

— Я понимаю, о какой стороне Вы.

— Понимаете. Деталей я Вам не назову; не имею права, да и не всё знаю. Скажу то, что знаю. До Нового года у Семихина по Вам два хода: завтрашний к Вам и ещё один в районный отдел, через знакомых, тихо. К началу года у него будет первая бумага. В обком она не пойдёт, обкому она не нужна. Пойдёт по его линии.

— По прокурорской.

— По ней. Поэтому это не партийная проверка, Павел Васильевич. Это сбор материала для письма. Первый.

Я подождал секунду.

— Что посоветуете на завтра, Алексей Петрович?

— Принять спокойно. Без сопротивления по регламенту: он на сопротивление и рассчитывает, оно ему в бумагу ляжет красивее всего. Дайте ознакомиться с уставом и удостоверением. Копию — только по письменному запросу, ни в коем случае не сегодня. По формулировкам в уставе отвечайте коротко и точно, не объясняйте лишнего. На подначки не отзывайтесь. И вот ещё что. Один он не приедет.