— От кого слышал?
— Не от себя, это точно. — Он усмехнулся, без веселья. — У нас в Медведевском райкомовский один в столовой соседу рассказывал. Я мимо шёл, в понедельник. Не подслушивал — само в уши попало.
Мы помолчали минуту.
— Я этого решения ещё не принял, Тополев.
— Да знаю, что не принял. И говорю тебе не затем, чтоб подтолкнуть. Говорю затем, что в районе уже говорят. До тебя такое доходит последним — так всегда. До меня дошло вчера. Вот, думаю, доеду — скажу.
— Спасибо, что сказал.
Тополев снова посмотрел в окно. Я тоже.
Поезд тихо тряхнуло на стрелке.
К двум часам мы должны были быть в Курске. Дома — к четырём. У Корытина в кармане у меня лежал листок с номером юриста, в чемодане — папка с пометками. На столе в Москве — уже не лежало ничего; визит был закрыт.
«В области говорят — Вас в депутаты».
Фразы такой я в Москве вчера не слышал ни от Корытина, ни от Виктора Петровича, ни от Михаила Сергеевича. Они её обошли; либо не знали, либо знали и не сказали. И теперь — её произносит мне Тополев, в купе, на перегоне между Орлом и Курском.
Это означало, что разговор уже идёт. Не у меня в голове; в районе.
Я закрыл «Известия» и положил их на полку.
Тополев на меня глянул.
— Это не для протокола, Тополев. Сам понимаешь.
— Сам понимаю. В районе с моих слов никто ничего не услышит.
— Верю.
Поезд шёл без срывов. За окном уплывали поля.
До Курска оставалось полтора часа.
Я не закрыл глаза; не открывал блокнот. Сидел.
«Меньше говорите. Больше делайте».
Формула, которую мне дали вечером в среду. К полудню четверга к ней добавилась вторая формула, не Михаила Сергеевича, но не менее точная:
«В области говорят — Вас в депутаты».
Между этими двумя формулами лежал весь мой ноябрь, весь декабрь и весь январь. И вся работа, которую к ним нужно было сделать.
Поезд тихо подходил к Курску.
Глава 6 Закон
Семнадцатого ноября в понедельник Зинаида Фёдоровна принесла ко мне в кабинет тёмно-серую папку без надписи.
— Вот. Готова, Павел Васильевич. — Она держала папку обеими руками, как держат не бумагу, а что-то, что может расплескаться. — Полтора месяца её собирала. Кладу Вам на стол — и, честно скажу, рука не сразу разжалась.
Папка была плотная, на тесёмках. Внутри — основной устав «Рассвет-Плюса» в трёх экземплярах под копирку, протокол общего собрания работников от четвёртого октября, обоснование экономической целесообразности на двенадцати листах с цифрами за пять лет (от восемьдесят первого по восемьдесят шестой по позициям), и в конце — четыре приложения по конкретным видам деятельности артели: переработка молока, переработка мяса, овощная линия, торговля собственным продуктом через магазин номер два.