Две тройки егерей остались охранять ящики прямо в штабном коридоре. Сдвинувшись в сторону от бегающих курьеров, парни дружно молчали, привлекая к затянутым чехлам с пневматикой нездоровое внимание. Сунувшийся с расспросами караульный получил от старшего короткое «Инструмент», после чего разговор заглох.

Греющиеся у печи штабные зашептались про «леших». Пропустив болтовню мимо ушей, я придвинулся к стене. Достали уже, сплетни эти.

Вынырнув из кабинета в сумерках, дежурный позвал меня к главнокомандующему.

Расположение бумаг на столе Кутузова сменилось, теперь поверх рапортов по Удино и ведомостей лежали исписанные мелким канцелярским почерком листы. Адъютант стоял у окна с ручкой.

— Списки убитых принял, — Кутузов кивнул на бумаги. — Запросы семьям пойдут через полки, проконтролируйте.

— Сделаю.

Вытянув следующий лист, старик продолжил:

— За маршала Удино представляю вас к прапорщику. До утверждения Государем служить будете в правах сего чина. Соответствующую бумагу составят.

Внутренне я давно просчитал вероятность такого исхода, однако дыхание все равно сбилось. Первый офицерский чин радовал.

— Благодарю, ваша светлость.

Кутузов проигнорировал уставной ответ.

— Офицерский чин дается под задачи, — произнес он. — Состоять будете при Главной квартире. Особые поручения по механике, курьерской связи, лекарским телегам и воздушным ружьям.

Зашуршало перо адъютанта. Главнокомандующий просто легализовал то, чем я и так занимался с самого начала: латал дыры на стыке инженерии, логистики и медицины.

— В полевых условиях подчиняетесь Толстому, — продолжал главнокомандующий. — Тактика и караулы остаются за графом. В командование строевыми частями лезть запрещаю. Зато подводы, материалы и обозные сведения требуйте напрямую у местных начальников по предписанию, под запись.

— Полномочия ясны.

— Закончатся ваши полномочия на первом же упертом интенданте. В такой ситуации достанете мандат и заставите мерзавца письменно обосновать отказ.

Получив от адъютанта готовый лист, Кутузов внес пару правок и размашисто расписался. Забрав оригинал, я пробежал глазами текст, грамотная бумага. Мандат давал мне доступ к дорожным картам и мастеровым.

— Касаемо «пневматики», как вы ее называете, — старик тяжело оперся на стол. — Ваши ружья начнут требовать генералы. Составьте устав их боевого применения.

Началось. Вот как им объяснить что это капризная и дорогая штука?

— На чем сделать акцент?

— На тех вещах, благодаря которым ваши люди выжили в болоте. И на тех, из-за которых могли там сгнить.

Загибая пальцы, я перечислил главное: привязка к погоде, защита оптики, пути отхода, лимиты по давлению. Огромное количество времени на обучение я выделил особо.