Тем временем на лодках грузились передовые отряды. Их задача была в том, чтобы зацепиться за противоположный берег, отогнать русские разъезды и дать саперам спокойно работать. Оттолкнувшись шестами от песчаной отмели, первый ялик растворился во мраке. Спустя томительное ожидание с той стороны мигнул условный сигнал.

Ближе к полуночи деревянный настил перешагнул середину Немана. Выслушав доклад запыхавшегося офицера о пробитом понтоне и сроках его замены, Наполеон повернул коня обратно к ставке. В усадьбе скопилась кипа бумаг, рапорты корпусных командиров, сводки по артиллерийским упряжкам и раздраженная записка Мюрата с требованием расширить коридор для кавалерии.

Залпом выпив остывший кофе, император зарылся в документы. Данные не сходились. Интендантская ведомость давала двадцать четыре эскадрона у дороги, тогда как дежурный адъютант божился, что насчитал тридцать. Наполеон потребовал немедленно выяснить причину. Через четверть часа оказалось, что шесть конных полков влезли на чужой маршрут, закупорив площадку пехотинцев Даву.

— Вышвырнуть их на северную дорогу, — бросил он. — Командиру передать что следующая ошибка задержит весь его корпус.

Бертье устало потер переносицу.

— При такой тесноте путаница неизбежна.

— Для того мы и поставили штабных на каждом перекрестке. Пусть читают списки, а не гадают по мундирам.

Произнеся это, Наполеон уже вчитывался в следующую бумагу.

В начале второго ночи прискакал вестовой с заречной стороны. Русский конный дозор напоролся на высадившихся французских стрелков, обменялся неприцельными залпами и ушел в направлении Ковно. Передовой отряд отделался легкими ранениями. Изучив по карте маршрут отхода казаков, Наполеон приказал выдвинуть секреты вдоль ковенского тракта.

За тонкой стеной слуги тихо разбирали багаж, расставляя ящики с серебром, походной канцелярией и личными вещами императора. Среди прочей поклажи выделялся массивный черный футляр с русским двуглавым орлом на замке.

Разминая затекшую ногу у окна, Наполеон наткнулся на него взглядом.

Четыре года назад в Эрфурте Александр открыл этот цветок, сыграв три ноты на флейте. В сердцевине пряталась золотая пчела. При свечах лепестки казались налитыми кровью, а царь следил за реакцией гостя с мягкой улыбкой.

«Улей» для Наполеона стал символом того, что он хочет получить от русской земли — огромные территории под властью его знака — пчелы и, что уж говорить, ему нужны эти подданные. А еще эта безделушка напоминала о временах, когда Александр сам искал французского союза и соглашался поддерживать порядок после Тильзита. Взяв новую столицу, Наполеон намеревался вернуть вещь владельцу прямо на личной встрече. Заставить царя снова запустить механизм и поинтересоваться — не поменял ли камень свой цвет после очередного договора.