— С какой стати?

— С такой, что там сейчас сплошной туман. Багратиону в уши льют разное: Даву близко, Даву далеко, французов тысяча, французов тьма. Местные врут одно, пленные — другое. А нужен тот, кто не купится на все эти байки.

Фигнер присел.

— Технику берете?

— Одну единицу. И тройку стрелков с Иваном в придачу.

Он подался вперед, вникая в суть.

— Покажем «Авроры» у штабных — начнут клянчить или беречь как зеницу ока. Одинаково паршиво. Машина — козырь на случай, если конный курьер не пройдет.

— Согласен.

Еще около получаса мы обсуждали состав, но в итоге так и остановились на моем варианте. Радовало, что Фигнер не внес изменения, значит и я расту в этом деле.

К полудню наш южный отряд был готов. Из «Авроры» выкинули всё лишнее. Основная медицина оставалась у Беверлея. Меня аж передернуло при виде того, как парни делят бинты и жгуты. Паршиво, когда шансы на выживание зависят от того, в какую телегу бросили рулон чистой ткани.

Толстой подошел к краю стоянки. Внешне — абсолютное спокойствие, обычная служебная рутина. Стоит начальству показать мандраж, как подчиненные начнут сами нервничать, граф это прекрасно понимал.

Мы тепло попрощались с нашими товарищами. За рулем был Ваня, рядом сидел я, сзади Фигнер. Тройка стрелков была на лошадях с заводными.

Выездом рулил Фигнер, проверяя готовность людей: кому подпругу подтянуть, кому заменить слишком приметный белый платок.

Длинные напутствия перед маршем никто не слушает, поэтому я бил короткими фразами.

— На юге у Второй армии захлопывается ловушка. Наша задача — прогрызть для штаба запасной выход, найти коридор к Барклаю и выяснить, где Даву сконцентрировал ударный кулак.

Я обвел их взглядом, постукивая набалдашником трости по дверце.

— Численность французов оцениваем по фактам. Кухни, фураж, ремонтные базы. Местный кузнец знает больше пленного солдата — он помнит, сколько подков перековал неприятелю, да и староста будет в курсе, сколько зерна ушло на реквизицию.

Выдвинулись. Вперед ушел головной дозор.

К расположению Второй армии мы вышли после нескольких изматывающих переходов. За это время южные слухи успели превратиться в головную боль для всех штабов. На каждой станции только и разговоров было, что о Даву, Могилёве, Днепре и перерезанном пути к соединению с Барклаем. Кто-то божился, что французы держат там легкие заслоны, кто-то клялся, что видел бесконечные колонны пехоты. Местные предпочитали помалкивать, в такие дни безопаснее ничего не знать.

Иван вел «Аврору» предельно аккуратно. Берег двигатель. Я примерно помнил из истории как продвигались французские войска, поэтому выбирал саамы безопасный путь, к счастью ни на один вражеский заезд не наткнулись.