Дверь квартиры № 7 открылась с тихим щелчком, нарушившим гнетущую тишину пустующего этажа. Внутри пахло свежей штукатуркой и древесиной — запах чистоты и обновления, контрастирующий с кровавыми событиями дня. Ремонт ещё не был закончен, но основные работы завершились: голые стены, свежий ламинат, розетки — всё говорило о том, что пространство только ждёт своего хозяина.

Елена сразу направила Рона в душ — смыть кровь и грязь, а сама принялась искать в аптечке перевязочные средства. Шкафчик скрипнул, открывая свои недра: бинты, антисептики, пластыри — всё было разложено с почти военной аккуратностью.

Через несколько минут Аполло вышел из ванной — полностью обнажённый, с полотенцем, небрежно накинутым на голову. Вода стекала по его телу, оставляя блестящие дорожки на коже. Его тело, несмотря на следы побоев, выглядело впечатляюще: рельефные мышцы, шрамы, свидетельствующие о пережитых схватках, и глаза, полные покорности и благодарности. Капли воды сверкали на коже, словно бриллианты на бронзе.

— Ферис… — начал он, но Елена резко швырнула в него второе полотенце. Ткань пролетела по воздуху с мягким шелестом.

— Прикройся. От оказания первой помощи отвлекать будешь, — её тон был категоричным, хотя в глазах мелькнула тень усмешки. Она отвернулась, чтобы не поддаться мимолётному соблазну.

— Если Ферис пожелает… — покорно пробормотал он, оборачивая полотенце вокруг бёдер. Ткань едва прикрывала его наготу, но этого было достаточно.

— Давай не сегодня. Для взаимодействия ты не в лучшей форме, а в плане традиционного секса — побитости меня не возбуждают, — Елена вздохнула, стараясь не обращать внимания на его атлетическое телосложение. Она мысленно напомнила себе: «Ты сегодня сыта. Нельзя использовать подчинённого в столь низменных целях».

Она осмотрела повреждения Рона: несколько ссадин, разбитая губа, сбитые костяшки пальцев и многочисленные гематомы. Даже в таком состоянии он выглядел чертовски привлекательно, но Елена твёрдо держала себя в руках. Её пальцы осторожно касались его кожи, обрабатывая повреждения антисептиком. Жидкость шипела на пострадавшей коже, но Рон не издал ни звука — лишь глаза слегка сузились от боли.

— Чем же ты не угодил Негисте? — спросила она, не отрываясь от своего занятия.

— Отказался помогать в организации засады и пытался предупредить тебя об опасности, — ответил он тихо, почти шёпотом.

— Ты и предупредил. Спасибо. Возможно, ты спас мне жизнь, — Елена на мгновение остановилась, глядя ему в глаза. В её обычно ледяном взгляде мелькнуло что-то тёплое.