Её губы тронула усмешка, но в ней не было веселья — лишь холодная решимость.
В третьем магазине — скрытом в подвале старинного здания — она остановилась перед витриной с металлическими изделиями. Выбрала наручи с шипами, проверила подвижность шарниров, кивнула:
— Подойдёт. И ещё вот эти — с замками, которые открываются только снаружи.
Хозяин магазина, молчаливый гигант с татуировками на руках, наблюдал за ней с нескрываемым интересом. Когда они подошли к кассе, он наклонился и тихо произнёс:
— Редкий гость, который знает, чего хочет.
Елена лишь улыбнулась в ответ, не удостоив его объяснениями.
К концу второго часа багажник машины был заполнен коробками и пакетами, а Аполло наконец осмелился спросить:
— Ферис, вы уверены, что всё это понадобится сегодня?
— Не всё, — ответила она, застёгивая сумку с самыми необходимыми вещами. — Но лучше иметь выбор.
Её взгляд скользнул по городским огням, уже зажигавшимся в сумерках. Где-то там, за этими улицами, ждал клуб — место, где она сможет наконец выпустить на волю то, что копилось внутри весь день.
— Поехали, — скомандовала она. — Время не ждёт.
Глава 9. «Паутина Арахны»
В три часа дня Аполло открыл перед боссом дверь четырёхэтажного офисного здания с подземной парковкой. Снаружи оно выглядело строго и непримечательно — серый монолит с узкими окнами, ничем не выделявшийся среди соседних строений. Лишь едва заметная вывеска без лишних деталей: «Паутина Арахны».
Но стоило переступить порог — и реальность менялась.
Просторный зал в два этажа высотой поражал роскошью: позолота и мрамор, словно застывшая симфония богатства и власти. Свет от массивных хрустальных люстр дробился в зеркальных поверхностях, создавая иллюзию бесконечного пространства. Воздух был напоён тонким ароматом благовоний — смесь сандала и пачули, приглушающая любые посторонние запахи.
Две мраморные лестницы, спускающиеся полукругом, вели на верхние этажи. Их перила украшали изящные резные узоры — переплетение виноградных лоз и змей, символизирующих искушение и вечность. Каждый шаг по отполированным ступеням отдавался глухим эхом, будто подчёркивая значимость происходящего.
Фрески на стенах и потолке изображали пикантные сцены из жизни античных богов и героев. Здесь Зевс в облике лебедя приближался к Леде, там Афродита купалась в окружении нимф, а в углу Дионис соблазнял менаду. То ли насмешка над современностью, то ли дань вечным страстям — каждый мог увидеть в них что-то своё.
Справа от входа, в окружении столиков, располагалась сцена. Над ней висел балдахин из чёрного бархата, обрамлённый золотыми кистями. Под восхищённые женские визги и шёпот зрителей на ней раздевался привлекательный шатен-гиенолак. Его кожа отливала бронзой в свете софитов, а мышцы перекатывались под ней, словно живые волны. Его призрачный зверь – пятнистая гиена расслабленно возлежала над головой хозяина и с насмешкой изучала зрителей.