Я исследовал столовую, искал в библиотеке, в бальном зале... Но её нигде не было. Тревога растекалась по мне, как ледяная волна. Казалось, Николь просто испарилась, и это ощущение погони за призраком становилось всё более невыносимым.
Я не понимал, куда же она могла деться. На улице бушевала непогода, и ничто не подсказывало мне, что она могла бы выйти на этот морозный ветер. Я бросил быстрый взгляд в окна, где метель неистовствовала, снежные вихри поднимались и завивались в буре, как живые существа, которые затушили свет.
С каждым мгновением мой страх возрастал. Я знал, что, если бы она оказалась одна там, это было бы рискованно. Она была уязвима, особенно после всего, что произошло, между нами. Эта мысль сжала моё сердце, и я стал ещё более настойчивым в поисках.
Я вернулся в коридоры замка, стараясь не упустить ни одной комнаты, ни одной двери. Шум ветра снаружи был единственным звуком, который наполнял тишину, царившую в замке. Если бы только я знал, где искать, что делать...
Я перешёл к продолжающимся коридорам, стараясь не думать о том, что может быть слишком поздно. Вокруг не чувствовалось жизни, а тишина напоминала о том, что каждый миг был важен. Я остановился у ближайшей двери и решительно открыл её, надеясь, что найду Николь внутри.
- Николь! - снова позвал я, не в силах подавить волнение в голосе
За дверью оказался обычный кабинет, который, однако, оказался совершенно пустым. Я не мог дать себе возможности опуститься духом. Вместо этого, я направился к лестнице, которая вела на второй этаж. Возможность, что она могла рассердиться на меня и попытаться спрятаться от всех, стала более вероятной.
Я вскинул голову и, терпеливо осматривая каждую дверь, медленно поднимался по ступенькам, пока не достиг второго этажа. Я знал, что время работает против меня. И если я не найду её сейчас, может стать слишком поздно. Мои мысли снова вернулись к нашим разговорам, к тому, как она нуждалась в понимании, а теперь мне требовалось понять её чувства и помочь, если это возможно.
Но вдруг, в конце коридора, я заметил горничную Элли, стоящую около прохода в южное крыло. Внутри меня начали зреть различные мысли, раздирая разум: «Я же запретил приближаться туда!». Стараясь держать себя в руках, я подошёл к горничной, но её видение лишь подстегнуло мой гнев.
Заметив меня, она сразу поменялась в лице и, извиняясь, поклонилась.
- Ваша Светлость, я… - начала она, но слова не смогли пройти через бурю, разразившуюся внутри меня.
Гнев начал накатывать на меня волнами, и я понимал, что внутри нарастает непонимание и беспокойство. В голове роились мысли о Николь. Неужели она рискнула нарушить мой запрет и отправиться в это место? Я чувствовал, как калипсо иллюзий разрывается, обращая мою тревогу в ярость.