Эти слова были как укусы, напоминая мне о том, что он так сильно беспокоился. Возможно. Но откуда-то из глубин сознания, словно голос, который знал, что я здесь, подарил небольшую искорку надежды.
Я попыталась шевельнуться, но целиком не могла. Вместо этого, я сосредоточилась на их голосах, стараясь выработать в себе мужество и силу, чтобы вернуться. В этот момент я поняла: даже если всё потеряно, я всё равно хочу бороться за нас.
- Винсент, - едва выговорила я, усилием воли вытягивая это имя, надеясь, что он услышит.
И в тот же миг лихорадочное ожидание наполнило воздух вокруг меня. Я знала, что несмотря на то, где я нахожусь, несмотря на собственную слабость, будучи между мирами, одна мысль оставалась неизменной: я хотела вернуться к нему, к нашему счастью, к нашей семье, к тому, что ещё не завершено.
- А я тебе говорю, чтобы ты успокоился, - настаивал на своём Леонард, стараясь вложить в голос уверенность. - Ты успел, и это главное.
«Успел? Куда?» - закрученные мысли снова и снова вертелись в голове, словно я была пятилетним ребёнком, не понимающим, что происходит. Я чувствовала себя потерянной, как будто пробуждалась от долгого сна, и всё вокруг меня было расплывчато и нелогично.
- Успел, но... - еле слышно произнёс Винсент, но в его голосе чувствовалась неуверенность, словно он сам не был уверен, что всё действительно хорошо.
- Давай без «но», - укорял его Леонард, - лекарь сказал, что всё будет в порядке. Лучше бы ты пошёл и отдохнул немного, как, между прочим, тебе посоветовал врач.
В эти слова, как в спасательный круг, я вцепилась, пытаясь понять, что на самом деле происходит. За этими голосами стояли люди, которые так сильно переживали. Я чувствовала их заботу, их боль, и это давало мне сил.
Вот только... что случилось? Я пыталась вспомнить, как я оказалась здесь, где бы ни было это «здесь». Я пыталась открыть глаза, но туман продолжал окутывать моё сознание.
- Винсент... - снова прошептала я, донимая себя, стараясь вырваться из этого состояния. Всё, что я хотела, - это вернуться к нему, к его объятиям, к ощущению безопасности.
- Ладно, возможно, ты прав, но всё же, меня не оставляют мысли о том, что я мог её потерять. Это я и только я виноват в том, что произошло с ней. На мгновение я даже вспомнил Эмилию...
- Но она не Эмилия, - произнёс Леонард тихо, что-то вроде уверенности проскользнуло в его голосе.
«Эмилия»... Это имя, как эхо из прошлого, вновь вернуло меня в мир сладких грёз и безмятежной неги. Я почувствовала, как мягкий покров уносит меня в объятия известной теплоты, и от всего на мгновение оставалось только ощущение умиротворения. В этом мире не было боли, страха или вины - была только гармония.