— Да. Плевал я на тебя и на кодекс. Лучше б мне не рождаться гохерримом. Я был бы гораздо счастливее.
Никогда бы Икмедамег не сказал такого реальному Джулдабедану. Да и никакому другому гохерриму. Но во сне он не боялся никого. Здесь он, пожалуй, сможет и набить Учителю Гохерримов морду.
Почему бы и нет?
Икмедамег поднял алебарду. Очень тяжелую, на длинной рукояти. Он всегда предпочитал держать противника подальше от себя.
— Не помню, когда мне в последний раз хамили, — еще спокойнее сказал Джулдабедан. — Но помню, что убил его.
И шест взметнулся быстрее молнии.
Исчезла классная комната, исчезли остальные ученики. Они и были-то все это время фоном, даже лиц толком не различить. Школа Молодых стала ночной поляной — и местом поединка.
Он… продлился недолго. Икмедамег не успел даже вздохнуть, даже взмахнуть толком алебардой — а шест Джулдабедана уже впечатался ему между ребер. Безо всякого острия он пронзил грудь, пробил Икмедамега насквозь и резко вылетел наружу.
Джулдабедан повернулся и зашагал прочь, не глядя, как падает труп.
…В общем зале «Соелу» служитель из Безликих потряс за плечо уронившего голову на стол гохеррима. Тот был так пьян, что не очнулся.
А присмотревшись, Безликий понял, что посетитель мертв. Испустил дух прямо во сне.
…Джулдабедан поднял голову. Он незаметно для себя уснул во время медитации, и сон приснился неприятный.
— Молодежь совсем страх потеряла, — проворчал он. — Уже во сне хамят.
…А в Царстве Снов тем временем разомкнулись два сновидения. Одно рассеялось, видевший его демолорд проснулся. Второе все еще мерцало — и в небесах мерцали две зеленых луны. Как свечение белого фосфора.
Потом луны превратились в пару глаз. Разошлись гигантские туманные руки. Такил Сомнамбула приблизил лицо к мертвому гохерриму и укоризненно сказал:
— Я не люблю, когда обижают мою родню. И ты был очень, очень плохим.
Свистнул астральный аркан. Протянулся сквозь Царство Снов, опутал все еще мятущуюся душу демона и принес ее в руки Такила. Еще один подарочек для Матери Демонов.
Такил почти всю добычу отдавал маме, потому что очень ее любил. Себе оставлял только на мелкие расходы.
Зачем ему условки? В Царстве Снов он и так всемогущ, и за это спасибо маме. А реальный мир навевал на Такила скуку, и с каждым годом он все больше спал и все меньше бодрствовал. Все сильнее отвыкал от материальности. Просыпаясь, ощущал себя будто под водой, чувствовал неловкость от того, что мир вокруг такой чуждый и непослушный.
Не то что здесь, во снах.
Такил плыл сквозь потоки сновидений, как парящий в небесах пакетик мусора… нет, почему?.. А, это кому-то снится, что он пакетик мусора. Хе-хе, забавно.