Лорд-командор помолчал. У него было много вопросов. Отхлебнув еще, он начал их задавать — и Агип отвечал честно и без утайки. Подробно рассказал, что такое Грибатика — и что такое Паргорон. Не стал скрывать, что Паргорон Эккебему не друг, что при других обстоятельствах он стал бы врагом еще страшнее Мамбии, но прямо сейчас несет спасение.
— Если вы позволите, — закончил Агип. — Дайте согласие — и с грибными мертвецами мы поможем. Безвозмездно.
— Но только с мертвецами? — уточнил лорд-командор. — Спасибо и на том, конечно. В сравнении с прочими нашими бедами, эта, правда, меркнет.
— Это пока что, — сумрачно произнес Агип. — В Кромке вашего мира много… дыр. Вероятно, Грибатика нашла к вам путь из-за Мамбии.
— Значит, это еще одно зло, что причинила нам гниль изнанки, — вздохнул лорд-командор.
— Верно.
Агип внимательно смотрел на лорда Кетиша. Мамбия. Эккебем. Этот мир страдает от бесконечных прорывов из Темного мира, в котором нет аркала, и твари живут прямо во Тьме. В основном безмозглые кровожадные чудовища, они причиняют Эккебему непрерывные беды и страдания. Местные научились сражаться, научились сопротивляться, но постоянные прорывы и нашествия выматывают их, обескровливают. Их государи не воюют друг с другом, потому что на это сил ни у кого нет.
И среди демонов Мамбии есть высшие. Странные и чуждые, не умеющие говорить и договариваться, но довольно сильные.
Агип изучил историю этого мира, прежде чем сюда явиться. Не один день просидел в кэ-сети и узнал, что когда-то Мамбия была иной. Она была уничтожена в результате глобальной войны Света и Тьмы — но бесконечная Тьма никуда не исчезла. И, окруженная другими мирами, она породила новую жизнь, безмозглую и злую, а жизнь эта устремилась к свету благополучных пространств.
К пище.
Первое время светлые боги и духи ограждали Эккебем и других соседей Мамбии, так что те жили в спокойствии. Но это сделало еще хуже, потому что чем сильнее было сопротивление, чем ярче горел отпугивающий Свет, тем страшнее и голоднее становились порождения Тьмы, тем сильнее их тянуло наружу. То, что должно было их истощать, лишь увеличивало их численность, увеличивало натиск. Рано или поздно они бы проломили все барьеры и просто уничтожили бы окружающие миры.
И они не могли закончиться, как не могла закончиться порождающая их Тьма.
Тогда боги возложили защиту своего мира на плечи самих смертных. После этого привлекающий демонов свет стал слабее, и они перестали так жадно к нему рваться. А постоянный натиск сменился регулярными прорывами.
Но жрецы и паладины Эккебема получают мгновенный отклик, у них очень сильная связь со своими покровителями. И потому они держатся, и потому могут успешно сражаться… но и такое положение дел никто не назовет хорошим.