Это было нечестно.
— Много здесь таких, как ты — детей Тьянгерии? — спросила она.
— Мы не знаем. Мы иногда видим маму — и все.
— Давно вы в последний раз видели ее?
— Давно. Ходи.
Маура передвинула лучника… нет, лучше пикинера. Лучник хорошо стоит.
Сейчас ей нельзя ошибаться. Она не имеет права проиграть этому существу.
На кон поставлено гораздо больше, чем было в «Крови и фишках».
Кюрдига с неверием смотрела на текущую по руке кровь. Ее ранили, а она не может тут же вылечиться, вернув боль противнику.
Только теперь она поняла, что Ме отключены. Первое время Кюрдига спокойно шла по Башне Боли, уверенная, что справится с любой проблемой. Она даже не заметила тяжести в крыльях, потому что взлетать было толком и некуда — первый этаж был с довольно низким потолком.
И совершенно безопасным. Кюрдигу просто преследовало дурное воспоминание, которое она не стала даже досматривать. Пожала плечами, удивившись такому детскому поведению демолорда. Тьянгерия что, правда думает, что кого-то из них могут тронуть воспоминания из смертной жизни?
И она просто поднялась на следующий этаж. Там тоже было безопасно, только очень жарко. Кусочек раскаленной пустыни и какие-то руины. Может, где-то в них и прятались ловушки или чудовища, но Кюрдига их просто не заметила.
А потом она поднялась на третий этаж и встретила Безликого. Какого-то изуродованного, с пастью на обычно гладком лице.
Кюрдига равнодушно прошла мимо — и монстр даже опешил от такой наглости. Почти растерянно что-то проурчал… а потом вцепился в плечо.
Кюрдига несколько секунд не понимала, что происходит. Должна была быть мимолетная вспышка боли, а потом уродец бы отвалился и принялся выть, обливаясь кровью.
Каждый, кто смел на нее напасть, горько жалел сразу же.
Но боль не уходила. Рана не заживала, а Безликий продолжал терзать ее руку.
Тогда она заорала и ударила, сминая ему череп. От ужаса ударила со всей дури, как прежде никогда не била — не было нужды.
Оказалось, что она очень сильная.
— Дерьмо, — сказала Кюрдига, трогая рану. — Вот дерьмо.
Та медленно закрывалась. Очень, очень медленно. Как у обычных фархерримов, которые ничем не помогают заживлению. У которых нет Великой Регенерации Отшельницы или ее Возвращения Вреда.
Она же не меньше часа будет заживать!
Кюрдига поняла, что Тьянгерия лишила ее демонической силы. И как будто нарочно сделала первые два этажа безопасными, чтобы… чтобы…
Она забыла внизу рюкзак Каладона.
Осознание пронзило Кюрдигу, как молнией. Она подумала, сколько еще в этой башне опасностей, и метнулась обратно. Вниз по лестнице, снова через пустыню… нога увязла в песке.