— Поклянись! — крикнула Лахджа, запрыгивая на дерево.
— Я не буду клясться в том, в чем не уверен!
Лахджу разобрал истерический смех. Она прыгала по ветвям, с каждым движением чувствуя боль, но при этом надрывно хохоча. Хисаданних все-таки здорово ее подрала, выпустила немало крови и могла даже победить, если бы не психическая атака. Лахджа только что была в шаге от смерти… а тут теперь еще и Хромец!
Откуда он вообще взялся в Башне Боли⁈ И почему именно здесь⁈ Почему опять она⁈
К счастью, он явно тоже без демонической силы. Видимо, решил поиграть.
А по веткам он прыгает совсем не так ловко, как фархерримы.
— Ты так доверяешь Тьянгерии⁈ — крикнула Лахджа бегущему внизу Клюзерштатену, перестав булькать от смеха. — А вдруг она тебя обратно не выпустит⁈ Что будешь делать⁈
— У меня есть спасательный канат! — ответил Хромец. — Дерну — и улечу!
— А он точно действует⁈ Ты проверял⁈ Проверь! Вдруг она обманывает!
Теперь засмеялся Клюзерштатен. Залился своим козлячьим верещащим смехом. Свистнула трость-шпага, и дерево, на которое Лахджа собиралась перепрыгнуть, покосилось, принялось падать, цепляя по дороге соседние.
— Ты враг экологии, — сказала она, расправляя окровавленные крылья и планируя, как белка-летяга.
Она потеряла из виду Клюзерштатена и почти панически выискивала взглядом двери. От этого старого знакомого нужно оторваться как можно скорее. То, что он здесь, и то, что они встретились — крайне дурной знак для нее.
— Что это ты за мной таскаешься⁈ — крикнула она, наконец увидев меж деревьев дверь. — Влюбился, что ли⁈
Клюзерштатен залился еще более громким и даже каким-то безумным, надсадным смехом, но ничего не ответил.
Она что, угадала?.. Суть Древнейшего, нет, только не это. Почему почти все ее поклонники — какие-то больные на голову уроды?
Упало еще одно дерево. Совсем близко. Какой в этом смысл? Он что, показывает ей, где он? Или перекрывает путь к дверям?.. да, похоже на то.
Но зато теперь она его снова заметила.
О, обезьянка. Лахджа поймала ее на лету за хвост и… кинула Клюзерштатену.
— ВИИИИИИИИИ!..
Оглушительный, истошный, режущий уши визг оборвался так же резко, как зазвучал.
— И кто тут еще враг экологии? — послышался насмешливый голос. — Спускайся, давай поговорим!
— Убери Шпильку! — потребовала Лахджа.
— Почему бы это⁈ — возмутился Клюзерштатен. — Вдруг ты опасна⁈ Я видел, что ты сделала со своей дочерью! А теперь швыряешься в меня обезьянами!
Лахджа ненадолго замерла, крепко держась за ветку, но готовая в любой момент прыгнуть. Клюзерштатен стоял внизу, чуть в стороне, но не вплотную к дереву. Трость-шпага была разомкнута, мерцало сиреневое лезвие, но клинок покачивался в воздухе. Чтобы срубить дерево, Хромцу нужно сделать шаг — и Лахджа успеет удрать.