Джул снова ахнула, ее тело содрогнулось в конвульсии, и она почувствовала, как он наклонился ближе, отдавая больше тепла.
— И этот живот, — выдохнул он, пока его руки скользили вниз, горячее, медленнее, — округлится, когда мое семя расцветет внутри. Он взрастит моих сыновей сильными, крепкими и пышущими здоровьем.
Да проклянут его боги, потому что Джул снова ахнула, ее веки затрепетали, и она почти не заметила, как одна из его рук замешкалась, слегка дернув за цепь на ее талии. Потому что она всё еще была прикована к нему, была прикована к нему всё это время, он запер ее здесь, в этой комнате…
Этого оказалось достаточно, чтобы вернуть ей подобие рассудка, и Джул грубо, с запозданием оттолкнула эти большие теплые руки. Она была леди. Она была пленницей. А Гримарр… Гримарр был орком. Худшим из орков. Жестоким, коварным монстром.
— Ты похитил меня, орк, — прошипела Джул. — Ты привез меня сюда против моей воли, чтобы начать войну с моим мужем. А теперь ты ждешь, что я и вправду… соглашусь на это? Что предложу себя — свое тело, свою свободу, свое будущее — тебе на блюдечке с голубой каемочкой? В первую же ночь с тобой?
Эти большие руки с втянутыми когтями оставались неподвижными, безвольно повиснув вдоль его тела, и на какое-то искаженное, нелепое мгновение предательские глаза Джул задержались на них, желая, чтобы они вернулись.
— Я ничего не жду, — сказал он наконец, так низко, так плавно. — Я прошу твоей верности, отданной по доброй воле. Я желаю твоего расположения и твоей жажды. А взамен я предложу тебе свой меч, свою преданность и свою милость. Я хочу приносить тебе радость, женщина.
Грудь Джул тяжело вздымалась, и она заставила свои собственные руки вернуться к этой толстой цепи, всё еще туго стягивающей талию. Он лгал, он манипулировал ею; как, во имя богов, орк мог предлагать что-то, кроме страданий, боли и смерти?
Но пока Джул смотрела, Гримарр медленно, целенаправленно поднял свое огромное предплечье и размотал с него свой конец цепи. А затем бросил цепь на земляной пол, позволив остальной ее части ослабнуть и провиснуть на бедрах Джул.
Он ослабляет бдительность , — кричали мысли Джул. Наконец-то. И она непременно должна прямо сейчас попытаться сбежать, должна броситься к этой двери, в тоннель, на свежий воздух. Она должна бежать обратно в поместье Норр, к Астину.
И Астин придет в ярость, Джул это знала. Не только из-за нее, но и из-за того, что это означало для его собственного имени, его репутации.Жену лорда Норра украли орки , — будут шептаться его люди.Орки ворвались в собственное поместье лорда Норра. Что, если бесплодная жена лорда Норра зачнет сына-орка?