Диагностический зуд прошёл по позвоночнику горячей волной. Знакомое, острое, почти болезненное ощущение загадки, требующей решения. Ощущение, ради которого я когда-то выбрал медицину.

Пальцы начали печатать.

«Температура? Давление?»

Штора примерочной распахнулась.

Вероника вышла.

Я поднял глаза и на долю секунды забыл про телефон, про Коровина, про острый живот и доскообразные мышцы. Потому что Ника стояла передо мной в белом платье, и платье это было… правильным.

Классическое, без лишних рюшей и зефирных многослойностей, с простым лифом, открывающим ключицы, и прямой юбкой до пола. Она была ослепительно красивой.

Но лицо у неё было не как у невесты из журнала.

Лицо у неё было как у старшего фельдшера на утренней смене. Быстрый, цепкий взгляд прошёлся по мне сверху вниз, зафиксировал позу: наклон корпуса, руки с телефоном, характерный прищур сфокусированных глаз и выдал заключение за полсекунды.

Она подошла вплотную. Юбка зашуршала по мрамору. Вероника стояла надо мной, и с розового пуфика она казалась ещё выше, красивее и ещё опаснее.

— Разумовский, — сказала она тихо, но с металлом в каждом слоге. — Если ты сейчас ставишь кому-то диагноз, я клянусь, я зашью твой телефон тебе в карман. Без анестезии. Ты. На. Больничном.

Я заблокировал экран. Натянул самое невинное выражение лица из доступного арсенала.

— Ника, я просто смотрел погоду. Обещают дождь после обеда, — я посмотрел на неё, стараясь вложить в улыбку максимум искренности. — Платье потрясающее. Берём.

Ника прищурилась. Сложила руки на груди — классическая поза Вероники Орловой «я тебе не верю, но у меня есть дела поважнее».

— Мы ещё три померяем. А телефон убери во внутренний карман куртки. Чтобы я видела.

Она развернулась, юбка мазнула по мрамору, и штора примерочной задёрнулась за ней с шелестом.

Я послушно переложил телефон во внутренний карман куртки, висевшей на спинке пуфика. И стал ждать.

Но вот она вернулась. И мы отправились в мужской отдел.

Мужской отдел располагался через стеклянную дверь от женского. Отдельный зал, поменьше, с деревянными панелями на стенах и запахом дорогой кожи. Ника передала меня консультанту. Молодому парню с аккуратной бородкой и профессиональной улыбкой и ушла обратно, к платьям, бросив через плечо:

— Тёмно-синий. Классика. Три варианта. Я приду через пятнадцать минут.

Пятнадцать минут. Вечность.

Консультант принёс три костюма на вешалках и указал на кабинку. Я зашёл, задёрнул плотную штору и вместо того, чтобы снять футболку, выхватил телефон из внутреннего кармана куртки.

Три новых сообщения от Коровина.