– Спасибо. – Ее пухлые губы с прелестной галочкой сверху сложились в смущенную улыбку.
– Не за что.
– А вы постриглись, – заметила она, коротко глянув на него.
– Да… – Марк инстинктивно коснулся рукой прически и ощутил, как жар приливает к щекам. – Да.
Он мысленно приказал себе сохранять самообладание. Но рядом с этой девушкой личное удивительным образом затмевало профессиональное. Новак млел под ее взглядом, превращался в тупого юнца. Ему даже пришлось нацепить серьезное выражение лица и прочистить горло, чтобы никто вокруг не заметил, каким идиотом он себя сейчас ощущал.
– Что это? – спросила Мара, когда они, свернув, оказались в главном корпусе.
Вокруг было слишком много людей, и девушка боязливо поежилась.
– Это общий холл, где отдыхают и занимаются творчеством пациенты. – Он прокашлялся. – Те, которым позволено перемещаться по этажу в отведенное для этого время. А там, – Марк указал за стеклянную перегородку, – столовая. Хотите зайти?
– Нет, – замотала головой Мара.
– Хорошо. Может, в следующий раз.
– Ангел! – завопила какая-то женщина в больничном костюме и с растрепанными рыжими волосами, указав на нее. – Она – ангел!
Пациенты оживились, стали поворачиваться, чтобы посмотреть на них.
– Идемте. – Марк осторожно коснулся спины девушки, подталкивая к двери в конце коридора.
– Ангел! – продолжала восклицать пациентка, протягивая к Маре руки.
Словно действительно узрела небесное существо с крыльями.
– Откроете? – попросил Марк охранника, стоявшего у двери, ведущей к переходу между корпусами и зимнему саду, расположенному в нем. – У меня разрешение от Банных.
– Да, я в курсе, – ответил он, недобро косясь на Зелиньскую.
– Спасибо.
Новак галантно пропустил Мару вперед и одарил охранника негодующим взглядом. Кем бы ни была эта девушка, не стоило на нее так презрительно глазеть.
– Нам туда, – указал Марк в сторону помещения с панорамными окнами, походящего на теплицу.
Охранник из закрытого отделения продолжал следовать за ними по пятам, и это не настраивало на доверительный разговор.
– Вы можете остаться тут, – сказал Новак, когда они остановились у стеклянной двери. – Отсюда нас будет видно.
– Хм, – собирался возразить тот, насупившись.
– В зимний сад мы не пойдем, не переживайте. Посидим на скамье. Вот на этой. Ее отсюда отлично видно.
– Хм, – повторил охранник, сомневаясь.
– Мои беседы с пациенткой должны проходить в режиме строгой конфиденциальности, – решительно проговорил Марк.
Девушка в этот момент смотрела на него как на героя. И он даже расправил плечи.
Они прошли в предбанник оранжереи, и Новак закрыл за ними стеклянную дверь. Теперь охранник мог видеть их, но не слышать. И Мара, похоже, была от этого просто в восторге.