– Ты – моя, – шепчет Ян.
Этот хриплый шепот отправляет тысячи мурашек путешествовать по моему телу.
– Я – твоя, – тихо подтверждаю я, чувствуя, как он гладит мою обнаженную плоть головкой своего члена.
Он водит им вверх и вниз между моих влажных складок, и я вижу дьявольскую улыбку на его губах. Почему мне хочется, чтобы было больно? Почему я хочу, чтобы меня наказали? Эти мысли пугают. Как и рука Яна на моем горле, которую я сжимаю сверху, чтобы указать ему пределы моей чувствительности. Вот так, отбери весь мой чертов кислород. Он мне не понадобится, сейчас мне нужен только ты!
Не отпуская моего горла, Ян опускается ниже. Я чувствую головку его члена между своих ног, и это вызывает у меня новый приступ дрожи.
– Не закрывай глаза, – приказывает он.
И в следующее мгновение, стремительно качнув бедрами, врывается в меня. Я вскрикиваю, широко распахнув веки, и натыкаюсь на его черный, пробирающийся в самую душу взгляд. Внутри все горит, словно меня разорвали на части. Боль такая острая, что на моих глазах выступают слезы. Я чувствую его внушительное твердое естество, заполнившее меня до последнего сантиметра и растянувшее до предела, и мне кажется, будто я сейчас потеряю сознание.
– Эй, – Ян кажется растерянным. Он ослабляет хватку. – Ты что…
– Да. Девственница, – тихо отвечаю я.
– Черт!
– Нет-нет, продолжай, – шепчут мои губы. – Я хочу эту боль. Я ее заслужила.
– Мара…
– Я требую.
Ян втягивает мою нижнюю губу зубами, втягивает ее себе в рот и целует нежно, будто извиняется. Вместо ответа я возвращаю его ладонь на свою шею. Его пальцы сжимаются. Крепче, еще крепче.
– Да. Вот так, – хвалю его.
Он усмехается. Каждый из нас так и будет бороться за власть, и никто не уступит.
– Только не закрывай глаза, мне нужно видеть, – просит Ян.
Переживает, чтобы я не откинулась. Но я и не собираюсь. Мне слишком нравится то, что происходит, и я собираюсь насладиться каждой секундой. Пусть боль остается, она важна. Я обвиваю ногами его талию. И пусть к этой боли приложится удовольствие.
Ян двигает бедрами, и мое дыхание сбивается. Он целует меня, наши языки переплетаются, и каждое движение внутри меня заставляет меня двигаться навстречу. Боль постепенно замещается теплом, а глубина проникновения вызывает какие-то новые ощущения, уже никак не связанные с дискомфортом. Это чертовски приятно.
– Мара, – шепчет Ян, глядя мне в глаза.
Но недостаток кислорода уносит меня куда-то далеко, где трудно сохранять сознание, где нет слов, есть только ощущения, умноженные во сто крат. Я сама вся превращаюсь в ощущения. Меня больше нет.