Дарк, стоявший рядом, неожиданно шагнул вперёд.

— Ты говоришь как воин. И как сын своего отца. Пусть теперь ты будешь не просто воином, а тем, кто помогает нам видеть правду.

Скорпион посмотрел на него и впервые за долгое время почувствовал, что лёд между ними начал таять.

Через пару недель на главной площади снова собрался весь клан. Но теперь это был не суд над отступником. Это был суд над теми, кто хотел разрушить их мир изнутри.

Торан Вэрк стоял на платформе, окружённый стражей. Его лицо было бледным, но он не опускал взгляда. Рядом с ним стояли предатели, среди которых был и Дарк.

Совет старейшин вынес приговор: пожизненное заключение и лишение всех титулов.

Ночью, когда полярное сияние снова танцевало над долиной, Скорпион стоял у могилы Витара. На камне были высечены слова: «Тот, кто защищал свет даже в самой тёмной буре».

— Мы нашли их, — тихо произнёс Скорпион, кладя на могилу осколок кристаллита, тот самый, который они должны были доставить в тот роковой день. — Мы назвали их имена. И клан теперь знает правду.

Ветер прошептал в ответ, и Скорпиону показалось, что Витар наконец‑то может отдохнуть.

Он посмотрел на звёзды, которые висели так низко, будто можно было дотянуться рукой. Его мир был суровым, холодным, но в нём была честь. И теперь эта честь была восстановлена не только для него, но и для всех, кто пал от рук предателей.

А потом был разговор с отцом и примирение. Они не говорили о слабости. Они говорили о долге. И честь не позволяла сказать: «Отец, ты должен был выбрать меня». Потому что долг главы — не выбирать сына. Долг главы — выбирать клан.

За этим последовало признание всего клана, воссоединение с семьёй, слёзы матери и сестёр, крепкие объятия братьев. Он восстановил свою честь и имя. Был принят обратно, и имя его брата теперь сияло, как очищенная и свободная звезда.

После того как он вернулся с ледяных гор, когда сказал отцу, что покидает Кси‑Аар по личным причинам, никто не смел удерживать его. Мать лукаво улыбалась, заметив в руках сына цветок Астралитэллы, тот самый редкий кристаллит с белым цветком, который он добыл, пройдя Тропу Испытания. В её взгляде читалось понимание: этот цветок не для воспоминаний, а для будущего.

Скорпион, больше не задерживаясь, рванул на свой корабль, и его целью была Эверия.

* * *

Скорпион тряхнул головой, вырываясь из воспоминаний, и, когда оглянулся, обнаружил, что уже подъехал к её дому. Байк резко затормозил, оставляя на земле полосы, и Скорпион спрыгнул, даже не заглушив мотор — тот продолжал выть, как раненый зверь, отражая всё, что творилось у него внутри.