— Я п‑психолог! Мне не п-положено быть т-такой… — прорыдала она, заикаясь между всхлипами. — Но я не железная‑а‑а-я… Как только попала в этот космос, так и превратилась в плаксу‑у‑у!

— Прекрати, — прорычал он, и в этом рыке было столько напряжения, что, казалось, воздух загустел.

Эля резко подняла голову зло уставившись на него и, не придумав ничего умнее, швырнула в него подушку. Та, конечно, долетела ровно наполовину и жалко осела на полу, но жест был что надо.

— Это ты во всём виноват! — выпалила она. — Из‑за тебя у меня теперь аллергия на стресс, и я рыдаю по любому поводу! Даже на тень твою реагирую, как на катастрофу галактического масштаба!

— Что⁈ — он сделал к ней пару шагов, замер, посмотрел на подушку у ног, потом на Элю — так, будто пытался вычислить, где в этой ситуации логика и есть ли она вообще.

Эля некрасиво шмыгнула носом, вытерла щёки рукавом и встретила его взгляд с вызовом. Ну, насколько это возможно, когда у тебя лицо похоже на акварель после ливня.

— Что? — огрызнулась она, пытаясь вернуть хоть каплю достоинства. — Тебе не нравится моя драматургия? У меня сегодня творческий вечер «Слёзы и отчаяние», вход бесплатный, но эмоции — настоящие!

— Тебе стоит умыться, — сухо бросил он, но в уголках глаз мелькнуло что‑то подозрительно похожее на… нет, не улыбку, конечно. Но точно не ярость.

Эля метнулась в ванную, глянула на себя в зеркало и ужаснулась. Лицо напоминало художественную инсталляцию «Нервный срыв в стиле киберпанк». Она моментально врубила воду, сдёрнула парик и начала яростно смывать с лица остатки раскраса мылом, периодически причитая:

— Ой, щиплет! — жмурилась она. — Я не психолог, я невротичка! Я хочу домой! На Эверию, в домик у моря, чтобы Мурлыка шебуршал лепесточками, а не это вот всё: интриги, предательства и мужчины, которые смотрят так, будто ты им вселенную сломала!

Из‑за двери донёсся тяжёлый, сдержанный голос Скорпиона:

— Ты там не утопись от желания сбежать от реальности.

Эля замерла, сжала в пальцах скользкое мыло, а потом фыркнула на этот раз не от слёз, а от нелепости ситуации.

— Ещё немного и я всерьёз подумаю над этим вариантом! — крикнула она, намыливая лицо.

Наконец, ополоснувшись ледяной водой, она снова посмотрела на себя и впала в краткую, но глубокую депрессию. Кое‑как расплела косу, взлохматила волосы, которые от парика стали похожи на статическое электричество в чистом виде, схватила полотенце, шмыгнула носом ещё раз — медленно, с чувством, будто это был финальный аккорд драмы — и тихо прошла обратно в комнату. Села на край кровати, уткнувшись лицом в полотенце: с такими глазами и распухшим носом просто стыдно смотреть на Скорпиона.