Мой ледяной тон напугал даже меня саму. Отец, будто предчувствуя, о чём я хочу с ним поговорить, нахмурился и виновато протянул:

— Эва, я…

— Не хочешь мне ничего объяснить? — оборвала я его жалкие попытки оправдаться и окатить меня новой порцией лжи.

— Не хочет, — сладко протянула Вельма, закрывая отца собой. — А вот я с радостью. Прогуляемся?

Она потянулась к моей руке, но я шлёпнула её по ладони в кожаной перчатке и гневно процедила:

— Я с вами никуда не пойду. Я должна поговорить с отцом.

Графиня оскалилась, будто моё сопротивление её забавляло. Смейся, ведьма, скоро настигнет тебя конец, обещаю.

— Вельма, прошу, дай мне всё ей объяснить, — взмолился отец, и в его глазах я увидела настоящий животный страх. Таким я ещё никогда его не видела. Сломленный, отчаявшийся, потерявший последние остатки гордости.

— Прям всё? — хмыкнула Вельма, обернувшись к нему. — Корвин, не ожидала от тебя такой смелости. Для чего тогда ты так настойчиво просил меня сохранить всё в тайне?

О чём они? И почему отец, который минуту назад желал всё мне рассказать, вдруг потупился и закрыл лицо ладонями? Дело ведь не в проекте, не в связях с Советом и не в деньгах. Тут что-то иное, гораздо более мрачное и разрушительное.

— Идём, душенька, — воспользовавшись нашим с отцом замешательством, Вельма взяла меня под руку и увела в гостиную, оставив папу одного в прихожей.

Она усадила меня в кресло с такой заботой, будто ей взаправду было важно моё душевное состояние. А сама встала напротив меня, сложив руки на груди.

— Влезать в дела взрослых — какая глупость, дорогая. Любому поступку есть причина, и не каждую из них стоит объяснять детям.

— Я не ребёнок, — прошипела я. — А вы — аферистка. Вы украли моё приданое?

Вельма неподдельно изумилась, так что я впервые увидела её истинное лицо, не спрятанное за масками. Она даже будто помолодела на миг за толстым слоем косметики.

— Твоё приданое? — переспросила она, приподняв бровь. — А что с ним?

Да, как же, так я и поверила. Однако… Что-то в её тоне и лице меня смущало, словно Вельма и вправду не при чём.

— Его нет, — пояснила я, следя за малейшими изменениями в её чертах и позе. — Переведено на счёт некоего инвестора. Не на ваш ли случаем?

Она расплылась в улыбке и понимающе кивнула, однако в глазах её мелькнуло неприкрытое раздражение.

— Ах, инвестора, — протянула графиня, огладив идеальную причёску. — Ясно.

Так она знает, кому отправлены деньги, но не знала, что они уже отправлены. Да что происходит?

— Что вам ясно? Объясняйтесь!

Я попыталась встать, но она мягко надавила мне на плечи, вынуждая сесть обратно.