Мария переводила взгляд с Креча на Грига и обратно. Она ещё не понимала.

— Полагаю, Григ хочет сказать, что он — тварь, — пророкотал Креч.

Краб щёлкнул единственной уцелевшей клешнёй и отступил к стене.

— Какая же я дура… — произнесла Мария и покачала головой.

— Насчёт «дуры» ты сама решай, но себя я бы предпочёл звать «симулякр», — сказал Григ. — Креч… это ты меня создал?

Тролль медленно покачал головой.

— Нет. Я такого не умею. Гидрант — моя вершина. Я никогда бы не заподозрил тебя. Ты даже умеешь полноценно снить предметы. Ты ведёшь себя как живой.

— Это потому, что я и сам считал себя живым, — признался Григ. — Но ты ведь в какой-то момент понял?

Креч кивнул:

— Ты слишком всерьёз воспринимаешь симулякров. Начиная от Августа-Роберта и кончая твоими псами. Ни один нормальный Сноходец так себя не ведёт. Мы все понимаем разницу.

Григ развёл руками.

— Да… но я просто считал себя очень добрым человеком.

Креч вздохнул. Неуклюже сел на пол. Сказал:

— Знаете, в чём беда? Тяжело мне на это решиться.

— Я не отдам тебе власть над Спиралью! — сказала Мария.

— Да я тебя даже не спрошу, — вздохнул Креч. — Поверь, из всех здесь собравшихся, самый уверенный в себе именно я.

Такса протестующе тявкнула.

— Извини, я забыл уточнить, из числа людей, — поправился Креч. Снова вздохнул: — Я ведь даже не был уверен, что хочу подчинить себе Артефакт. Жил себе на Окраине, планировал стать уважаемым Снотворцем… Но я предполагал, что рано или поздно кто-то из нашего мира обратит внимание на Страну Снов. Ведь мы, люди, такие существа — если что-то можно покорить, то это надо покорить. Антарктиду, Луну… Так что тебя надо остановить. Я, так уж получилось, слышал ваш разговор, Мария, это ведь Страна Сновидений. Я понимаю твои чувства и цели. Но у людей и без того хватает хозяев, пусть хоть Сны останутся свободными. Даже если для этого мне придётся принять на себя тяжкий груз…

— Я не позволю, — сказала Мария и в её голосе прорезалась лёгкая, почти незаметная неуверенность.

— Да что ты «не позволишь»… — отмахнулся Креч. — Но придётся доставить тебе боль, а это противно. С другой стороны, ты вот, мальчишку хотела запытать, и моего приятеля… — Он глянул на Грига и добавил: — С тобой я не ссорюсь, Григ. Ты хороший мужик, пусть и симулякр. У меня к симулякрам комплексов нет, я к вам почти как к людям отношусь. Без обид…

Он продолжал говорить, всё так же неторопливо, размеренно, и Григ будто чувствовал, как каждое слово тролля пробивает крошечную брешь в самомнении Марии.

Григ обогнул краба (тот стоял, покачивая уцелевшим глазом, впрочем, из хитина уже пробивался стебелёк со вторым), подошёл к Августу-Роберту, взял его за руку. Спросил тихонько: