Свет в конце тоннеля приближался — белый, ослепительный. Он манил, обещал спасение.

Но чудовище было быстрее.

Я почувствовал его за спиной — тяжесть, которая давила на плечи, холод, который пробирал до костей. И запах — сладковатый, тошнотворный, похожий на запах разложения.

Я не выдержал. Обернулся.

Чудовище было огромным. Не меньше трёхэтажного дома, оно заполнило собой весь тоннель, так что света почти не осталось. Его тело соткано из тьмы — густой, маслянистой, текучей. Там, где должны быть глаза — провалы, из которых сочился золотистый свет. Пасть — разорванная, с рядами кинжаловидных зубов, и из неё торчали щупальца — длинные, тонкие, покрытые слизью.

Чудовище зарычало. Щупальца метнулись ко мне.

Я отпрыгнул в сторону, едва увернувшись от одного. Второе обвило мою ногу — и дёрнуло. Я упал на колено, заскрежетал зубами.

— Нет! — закричал я, ударяя по щупальцу рукой.

Ладонь засветилась золотом — тем самым, что я видел в камне. Щупальце отдёрнулось, зашипело, но не отпустило. Наоборот — сжалось сильнее, и я почувствовал, как кости в ноге начали хрустеть.

Боль была невыносимой. Мир перед глазами поплыл, но я не потерял сознание. Вместо этого — как вспышка — пришло воспоминание.

Западное крыло Архива.

Серые каменные стены, тусклый свет магических ламп, и из темноты лезут твари. Не такие, как эта — меньше, быстрее, но такие же чёрные, с такими же горящими золотом глазами. Я стою с обсидианом в руке, и Катя рядом, и Арчи на плече.

— Бей! — кричит кот.

Я бросаю камень. Тварь визжит и рассыпается.

Воспоминание ушло так же внезапно, как пришло. Но за ним — новое.

Фонд Ноль. Кристалл. Зарен.

— Ты не сможешь победить меня, мальчишка, — смеётся архимаг. — Твоя сила — ничто перед моей.

— Посмотрим, — отвечаю я, чувствуя, как внутри поднимается Резонанс.

Ещё воспоминание.

Арчи.

— Ты псих, Лекс, — говорит кот, вылизывая лапу. — Но я с тобой.

— Спасибо, — отвечаю я.

— Не за что. Кто ещё тебя из дерьма вытаскивать будет?

Я открыл глаза. Чудовище нависало надо мной, его пасть разверзлась, готовая сожрать меня. Щупальца тянулись к лицу, к горлу, к груди.

«Лина не врала, — пораженный внезапными образами, понял я. — Это не сон. Это — реальность. Моя реальность».

— Я вспомнил, — прошептал я, и голос мой прозвучал твёрдо.

Чудовище замерло на секунду, будто услышав.

— Я вспомнил, кто я, — сказал я громче, поднимаясь на ноги. Щупальце всё ещё сжимало ногу, но я не чувствовал боли. Только злость. Только ярость. — Я — Алексей Николаев. Помощник архивариуса Императорского Архива.

Щупальце дрогнуло.

— Я — тот, кто убил Зарена. Тот, кто закрыл портал. Тот, кто не боится таких, как ты.