— Уютненько, — с сарказмом произнес я.
— Чего? — Сергеич обернулся. — Громче говорите, я на одно ухо совсем не слышу.
— Спасибо, говорю, за помощь.
— Спасибо! — опять ворчливо повторил старик. — Приезжают тут из города, умные такие, в ботинках начищенных, а тут — пыль да крысы, да магия эта ваша. Тьфу! — он сплюнул в угол. — Глаза б мои не глядели.
— А что не так с магией? — осторожно спросил я.
— Всё не так, — отрезал Сергеич, поднимаясь по лестнице на второй этаж. — Раньше тихо было. Ходишь себе, спишь, никого не трогаешь. А теперь — то лампочки мигают, то двери сами хлопают, то в подземельях кто-то ходит. Вот, наконец, дождался помощи от вас. Письма в Архив писал — еще позапрошлого года. Дык хоть бы ответ прислали! Ишь какие важные все! Но я тоже не пальцем деланный. Писал кляузы. И вот, добился своего, чтобы забрали дрянь эту отсюда. А в итоге отправили… — старик презрительно оглядел меня, — мальчишку какого-то!
— Постараемся помочь, — ответил я, с трудом сдерживаясь.
— Ага, уж постарайтесь.
Он остановился у обитой железом двери, повозился с ключами, наконец нашел нужный.
— Вот ваша нора, — он распахнул дверь. — Заходите. Кровать, стол, табуретка, лампа. Всё как в лучших домах.
Я вошел. Комната была маленькой, квадратной, с одним окном, выходящим во внутренний двор. Кровать — железная, панцирная, застелена серым одеялом. Стол — деревянный, шаткий. На столе — чайник и кружка.
— Чайник не кипятить после десяти, — строго сказал Сергеич. — Может пробки выбить. Если чаю хотите — пейте холодный. А лучше спите. Ночью спать нужно, а не чаи распивать.
— Мы, точнее я, не будем мешать, — попытался успокоить его я.
— Не будете? — Сергеич скептически скривился. — Знаю, как вы не будете!
— Послушайте, ну вы же сами сказали, что писали письма, чтобы из Архива прибыли…
— Из Архива! — фыркнул Сергеич. — Сидят там, в Петербурге, в тепле, бумажками шуршат, а тут — холода, ветра, и всякая нечисть по углам шуршит. А я отвечай.
Он вздохнул, подошел к двери, уже собираясь уходить, но на пороге остановился.
— Ладно, — сказал он примирительно. — Сегодня отдыхайте. А завтра уж и пойдете в казематы.
— Что? — насторожился я. — В какие еще казематы?
— Вам что, не сказали?
— А что должны были сказать?
— Книги ваши в казематах хранятся. Там раньше пыточная была, людей мучали. Вот там и будете работать.
Глава 6
Ночь опустилась на Выборгский замок глухой, тяжёлой тишиной. Ветер затих, и даже привычный шёпот волн за стенами стих, будто сама природа затаила дыхание перед чем-то неведомым. Я лежал на скрипучей железной кровати, укрывшись серым казённым одеялом, и смотрел в потолок. Арчи, свернувшийся клубком в ногах, давно уже посапывал, изредка вздрагивая во сне.