— Ещё левее!
— Куда левее, там стена⁈
— Там не стена!
Я вжал ручку газа до упора. Мотоцикл взревел, выстрелил вперёд, и — странное дело — стена действительно исчезла. Растворилась, будто её и не было.
Мы вылетели на набережную. Чёрная вода справа, пустые здания слева, и ни одного моста, ни одной улицы, куда можно свернуть.
— Туда! — девушка указала на причал.
— Там вода!
— Верь мне!
«Верь мне»! Мне даже смешно стало!
Но теней за спиной становилось всё больше, они смыкали кольцо, и выбора не оставалось.
Мотоцикл влетел на деревянный настил причала, пролетел по скрипучим доскам и…
…взлетел.
Воздух ударил в лицо, холодный, солёный. Вода внизу расступилась, открывая тоннель — тёмный, пульсирующий золотом.
Мы провалились в него.
Тени завыли сзади — но не последовали следом.
— Тут безопасно. На некоторое время… — шепнула девушка.
Гул мотора, который ещё секунду назад разрывал воздух, вдруг стих, будто кто-то нажал невидимую кнопку отключения звука. Колеса мотоцикла всё так же вращались, но звук исчез — ни скрежета по асфальту, ни свиста ветра. Только холод и полумрак. Стены тоннеля были гладкими, отполированными до зеркального блеска, но в них ничего не отражалось — ни меня, ни девушки, ни мотоцикла. Будто мы ехали сквозь небытие, и сама реальность не хотела подтверждать наше существование.
Я сбавил скорость, приглядываясь. По стенам тоннеля пробегали золотистые прожилки — тонкие, пульсирующие, как вены. Они тянулись откуда-то спереди, терялись где-то сзади, и при их свете я заметил, что девушка стала… прозрачной. Не вся — края её пальцев, кончики волос, подол пальто. Она смотрела прямо перед собой, и её лицо было спокойным, но я чувствовал — она боится. Боится не теней, не погони, а того, что ждёт в конце этого тоннеля. Или того, что мы не доедем.
Признаться, я и сам боялся. Еще утром я пил кофе и не предполагал, что закончу этот день вот так… Впрочем, какое-то призрачное ощущение где-то глубоко внутри меня говорило, что со мной что-то подобное уже случалось. Показалось?
— Кто ты? — спросил я, не оборачиваясь.
— Я — та, кто тебя помнит, — ответила она. — Даже когда ты забыл себя. Останови вот тут, пришло время поговорить.
— И в самом деле! — произнес я, останавливая мотоцикл. — Поговорить действительно нужно!
Глава 19
— Лина? Тебя зовут Лина и ты искусственный интеллект в каком-то Архиве?
Я продолжал переваривать услышанное, рассуждая вслух.
— Да, именно так.
— И я попал в другом мир, перенёсся сознанием… Да нет, бред какой-то!
Тоннель дрожал. Золотистые прожилки на стенах пульсировали чаще, быстрее, будто у гигантского сердца случилась аритмия. Воздух стал плотным, тяжёлым — я с трудом втягивал его в лёгкие, и каждый вдох отдавался в груди тупой, ноющей болью.