— Что у тебя в голове, Настя? Что за дерьмо там происходит? Ты чуть не «Рыжего» не угробила из-за своих каких-то личных обид!
— Обид?! — Я вскочила, как пружина, и закричала ему прямо в лицо, захлебываясь от собственных эмоций. — Ты вообще знаешь, через что я сейчас прохожу?!
— Мне плевать, что там у тебя с твоим мажором! — отрезал «Танк». — Мой зал — это не место для твоих истерик! Ты опасна. И пока ты не придешь в адекватное состояние, пока не вытравишь из себя эту бешеную собаку — не смей сюда приходить. Поняла? Тебе здесь не рады!
Слова про «психопатку», «бешеную собаку», «одержимую», стали последней каплей. Снова ярлыки. Снова осуждение. Весь гнев, который я не успела выместить на «Рыжем», теперь перекинулся на «Танка».
— Одержимая?! Психопатка?! Да пошел ты на хер со своей моралью, «учитель» хренов! Ты думаешь, ты здесь бог? Думаешь, я буду слушать твои нотации о том, как мне «правильно» страдать?
Стахов опешил, его глаза округлились, но я уже не могла остановиться.
— Ах, мне здесь не рады?! — Я со всей силы толкнула его в грудь, хотя он даже не шелохнулся. — Ну и подавись ты своим залом! Знаешь, куда засунь свою дисциплину? В ту же дыру, где находится твое сочувствие! Тут пахнет таким же дерьмом, как и во всем этом городе!
— Она еще и хамит... — «Танк» выдохнул это с каким-то горьким изумлением, качая головой. — Уходи, Настя. И не возвращайся, пока в башке не прояснится.
— Да с превеликим удовольствием! Пошел ты, «Танк»! Слышишь? Пошел ты!
Я оттолкнула его в сторону и вылетела из раздевалки. Бежала через пустой зал, мимо ринга, на котором всё еще краснели пятна крови «Рыжего». На улице, и холодный ночной воздух ударил мне в лицо, но внутри меня продолжал полыхать пожар, который невозможно было потушить. Резкий, ослепляющий свет фар ударил мне в лицо. Я зажмурилась, выставив перед собой дрожащие руки.
— Настя! Стой! — этот голос прошил меня насквозь.
Резко затормозила, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Из-за света вышел Матвей. Он выглядел так, будто сам только что прошел через мясорубку: растрепанный, бледный, с глазами, полными отчаяния и вины.
— Убирайся! — закричала я, срывая голос. — Пошёл на хрен! Видеть тебя не могу! Слышишь?! Вали к своим друзьям!
— Настя, умолю тебя, выслушай! — он бросился ко мне, заламывая руки. — Это не я! Это видео в чате... это Марк! Это всё этот ублюдок сделал!
— Хватит врать! — я зажала уши руками, меня начало трясти в настоящей истерике. — Хватит мне лить это дерьмо в уши!
— Да послушай же ты! — Матвей заорал на всю улицу. — Марк точил на меня зуб ещё с первого курса из-за того, что стырил его проект и выдал за свой! Он нашел способ отомстить мне через тебя! Настя, клянусь, я бы никогда не выложил это!