Я смотрю на эти два слова, и сердце начинает биться где-то в горле. Сегодня собственная память как будто ополчилась против меня — охотно выкрутив громкость на максимум, включает в голове на бесконечном повторе: «вырубает», «реально устал», «глаза слипаются».
«Но может быть, это что-то по его рабочим вопросам?» — оправдывает его мой внутренний адвокат. Даня же все время с кем-то о чем-то переписывается в целой куче разных приложений, а этот мессенджер явно не только для общения со мной.
Я гипнотизирую взглядом проклятый статус. Две минуты, пять. Он выходит из сети. Выдыхаю, даже успеваю улыбнуться — и он снова «В сети». И так несколько раз, как будто с кем-то переписывается.
Истерзанные за вечер нервы натужно трещат. Я обхватываю телефон двумя ладонями — большие пальцы подрагивают над виртуальной клавиатурой, пока пытаюсь сформировать какое-то ехидненькое сообщение. Но что бы я не придумала — все это звучит абсолютно жалко. Как будто мне делать нефиг — следить, когда он бывает онлайн!
Так и не придумав какой-то достойный ответ, откладываю телефон на стол — в руках он ощущается раскаленным. Вытираю об халат вспотевшие от нервов ладони. Это хорошо, что я ему не написала, иначе мы бы обязательно поругались. Нужно быть мудрее, ничего себе не придумывать и не накручивать.
Это ничего не значит, Оль. Помнишь, он покупал машину в Штатах и сидел на видеозвонках посреди ночи, потому что разница в часовом поясе — плюс семь?
Просто, раньше это не мешало Дане оставаться у меня спать или забирать меня к себе.
А сегодня он как будто просто хотел поскорее от меня избавиться.
Я гашу свет и иду в спальню, кладу телефон на соседнюю подушку. Вместо того, чтобы отвернуться и закрыть глаза, начинаю гипнотизировать его взглядом. Прижимаю к себе подушку, пытаясь заткнуть огромную дыру груди, через которую сквозит болью. И через несколько минут экран действительно загорается — хватаю его с надеждой, заранее переставая дуться на своего грубияна, но это всего лишь дурацкая рекламная рассылка.
От Дана — тишина, хотя он светится онлайн и в двенадцать, и в час ночи.
Глава четвертая: Дан
Город за окном моего офиса похож на светящуюся реку из стоп-сигналов и рекламных вывесок, а я чувствую себя брошенным в нее камнем, хотя формально нахожусь на высоте двадцать третьего этажа.
Последнюю неделю ебашил просто в каком-то бешеном ритме — завалил себя работой, чтобы в голове не оставалось места ни для чего, кроме цифр, спецификаций и таможенных деклараций. Но сегодня можно выдохнуть, потому что сделка по лимитированной «Ferrari Daytona SP3», наконец, официально закрыта. Клиент — капризный министерский сыночка — выпил из меня все соки, требуя какой-то особый оттенок карбона в отделке салона, зато щедрые проценты уже греют мой счет.