— Наверное, Юльке сейчас лучше не бывать на солнце, — соглашается Андрей. По нахмуренным бровям вижу, что он от идеи не то чтобы не в восторге, но относится с опаской.
— Поэтому я предупреждаю заранее. Ю, ты же можешь… ну я не знаю, у врача своего спросить или кто там ставит над тобой беременные опыты?
Я не успеваю ответить, потому что на заднем фоне раздается шум и в кадре снова появляется Оля. На этот раз — в футболке, определенно, малининской. Вряд ли в ее гардеробе есть вот такой артхаусный бред от разных сумасшедших дизайнеров, которых Дан просто обожает. Она протягивает Дану кофе, машет нам и снова густо краснеет.
— Простите, я… не знала, что Даня… снимает, — заикается Оля и стыдливо прячет лицо, утыкаясь Малинину в шею.
— Я подумаю, — отрезаю резко и так грубо, что на секунду удивляюсь этому собственному порыву.
И прежде чем Дан снова что-то скажет — наверняка очередной беспроигрышный аргумент — сама нажимаю на красную кнопку на экране телефона Андрея.
Андрей, на секунду отвлекаясь от дороги, смотрит на меня с немым вопросом.
— Я никуда не полечу, — озвучиваю свое окончательное решение. — Но ты можешь. Я не возражаю.
— Юлька, ерунду не неси.
— Я серьезно. Он же твой друг.
— А ты — моя жена.
У нас с Андреем нет табу на обязательное держание друг дружку за трусы, но мы относимся к тем парочкам, у которых абсолютно совпадают интересы — мы оба любим комфортный отдых в отличных гостиницах, долгие прогулки и обязательную цивилизацию. Не представляю, чтобы кому-то из нас в голову вдруг пришла идея тащиться в горы и отдавать себя на съедение комарам и насекомым ради восхода солнца.
— По-моему, Дан на ней женится, — посмеивается Андрей, как нарочно мешая мне избавиться от неприятных картинок в голове. Никогда не видел, чтобы он на ком-то так конкретно залипал.
Глава девятая: Оля
Просто невероятно, как быстро может измениться жизнь, если просто набраться терпения. Раньше я думала, что любовь — это когда как на скриншотах из переписок из «Пинтерста», где мужчина ведет себя именно так, как хочется: всегда переспрашивает, всегда предлагает, всегда четко дает понять, что у него в голове.
Теперь я понимаю, что такие «мужчины» существуют только в воображении.
И еще — только на фейковых скринах, которые женщины пишут для женщин. Мне это даже кажется немного жестоким — внушение идеи о существовании какого-то идеального идеала, к которому, якобы, нужно стремиться, и я, как наивная дура, чуть не попалась в эту ловушку.
Последние недели научили меня, что любовь — это тишина.
Я бросаю взгляд в иллюминатор частного джета и украдкой щипаю себя за сверхчувствительную кожу на сгибе локтя, чтобы убедиться, что не сплю. Что все происходит на самом деле. Что бирюзовые кружева аттолов на супер-синей глади океана — это никакой не сон, и не чужие сторис, а реальность Оли Полищук — меня. Все как у тех красоток со страницами о дорогой и красивой жизни, которые я листала по вечерам в своей маленькой квартире, пока проверяла тетради и пила остывший дешевый чай.