Наверное, это и есть самая настоящая любовь — когда тебя не бесит кусок гипсокартона с пришпиленными на него картинками разной чепухи.

На первом этаже с детской совсем не вариант — бегать туда-сюда с орущим младенцем на руках крайне опасное занятие. Второй? Поднимаюсь по лестнице, осматривая две просторные гардеробные, нашу спальню, огромную душевую, из которой раздается шум воды. Мы переехали всего пару месяцев назад и делать это пришлось буквально авральными темпами — продажа была срочная, с солидным дисконтом, желающие выстроились в очередь, но я успел. Так что сейчас у нас есть минимум парочка свободных пространств, которые можно оформить под детскую. То, что слева от нашей спальни — вполне подходит. Сейчас тут импровизированный кабинет, которым никто из нас не пользуется, а на самом деле — просто клад коробок, упорядоченных в какой-то эстетичный вид. Юля любит, когда в доме все красиво, даже если в этот дом только что переехали.

Еще раз осматриваю комнату, прикидывая, что в принципе, не придется ничего существенно переделывать — можно просто сделать арку, чтобы был прямой доступ из комнаты в комнату. Покрасить в какой-то красивый цвет, забабахать красивую мебель, от которой у Юльки будут блестеть глаза. Красота.

Я возвращаюсь в спальню, стаскиваю футболку в корзину для белья и заваливаюсь на кровать. Член адски ныл весь вечер и сейчас в голове до сих пор гуляет шальная мысль присоединиться к жене в душе и натянуть ее именно так, как хочется. Останавливает воспоминание о том, с каким видом она сбегала в ванную — ей явно нужна передышка, чтобы успокоить внутренний раздрай. В отличие от меня — ребенка из огромной шумной семьи — Юля выросла практически одиночкой. Ей до сих пор сложно переносить посиделки, в которых участвует больше двух человек. Поэтому я спокойно отнесся к ее предложению разделить новость о пополнении семейства сначала в маленькой компании, и только потом — рассказать остальным. Сегодня у нас была репетиция перед главным выступлением, мы неплохо справились, так что теперь надо думать, как сказать остальным. У меня есть старший брат, старшая сестра и еще одна — младше меня. Все семейные, все с детьми — у старшего брата уже трое, у младшей сестры — сразу двойняшки. Разговоры о том, когда уже мы с Юлей пойдем за лялькой, я пресекал и продолжаю пресекать сразу, жестко, но они все равно возникают.

Блин, мы станем родителями.

До сих пор до конца не могу осознать, что внутри Юльки формируется маленькая жизнь — наш ребенок.

Наш брак сложно назвать образцово-показательным, хотя для окружающих, наверное, именно таким он и кажется — шесть лет рука об руку, вместе через тернии разных жизненных перипетий. Но на самом деле в эти шесть лет столько всего вшито, что даже мне, закоренелому прагматику, хочется иногда сказать: «Это чудо».