— Кто именно объяснил? — нахмурилась Лира.

Ректор ответил далеко не сразу:

— Высший Совет магов.

Каэль над ухом Эдрика негромко фыркнул:

— Всю жизнь терпеть не мог этих бюрократов.

— Это абсолютно взаимно, — неожиданно произнёс ректор.

Эдрик ошарашенно вытаращился на него:

— Вы… вы сейчас с кем разговариваете⁈

— Уж явно не с вами, Морвейн.

— Тогда…

Ректор перевёл взгляд на инквизитора:

— Генерал сейчас сказал что-нибудь язвительное в адрес Совета?

Лира едва заметно улыбнулась:

— Исключительно в своём стиле.

— Передайте ему, что за четыреста лет Высший Совет нисколько не изменился.

Каэль тихо и довольненько рассмеялся:

— А мне уже начинает нравиться этот человек!

Эдрик недоумённо переводил растерянный взгляд с одного на другого:

— Иногда мне кажется, что вы все специально надо мной издеваетесь…

— Почему «иногда»? — искренне удивился Каэль.

Ректор вернулся к столу, выдвинул верхний ящик и достал оттуда старый, потемневший от времени конверт, который тут же положил перед Лирой:

— Это абсолютно всё, что мне удалось раскопать за эти годы.

Инквизитор осторожно раскрыла конверт. Внутри лежал единственный пожелтевший листок бумаги, на котором от руки была выведена всего одна-единственная фраза:

«Архив запечатан до возвращения свидетеля».

Эдрик молча перечитал строчку дважды:

— И всё?

— Всё.

— А кто такой этот «свидетель»?

Ректор лишь сочувственно развёл руками:

— Если бы я знал, Морвейн…

Каэль неожиданно нахмурился и подлетел ближе к столу:

— Подождите-ка…

Все присутствующие молча уставились на призрака. Генерал вслух повторил, смакуя каждое слово:

— До возвращения свидетеля… — Он вдруг замер в воздухе, и на его лице впервые проступила глубокая растерянность. — Странно…

— Что такое? — насторожилась Лира.

— Эта фраза… — Каэль болезненно прижал ладонь к виску. — Я её уже где-то слышал.

— Где именно?

— Не помню…

Он с силой зажмурился. Перед его глазами на краткую долю секунды вспыхнуло смутное, будто сквозь воду, воспоминание: мрачный каменный зал, сияющий круг из золотых рун и чей-то глухой, властный голос:«Пока жив хотя бы один свидетель… правда не исчезнет» .

Каэль резко открыл глаза, и видение тут же растворилось.

— Опять… — пробормотал он.

Эдрик встревоженно подался вперёд:

— Что ты только что вспомнил⁈

— Почти ничего.

— Но хоть что-то же было?

— Голос.

— Чей голос⁈

— Не знаю… — Каэль досадно покачал головой. — Будто моя собственная память специально не даёт мне заглянуть дальше.

Лира тем временем задумчиво разглядывала древний вкладыш:

— Возможно…

— Что именно? — перебил её ректор.

— Мы изначально неправильно трактуем слово «свидетель».