Глава 5
Страница 43 из 366
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 5

Страница 43

Майя с легким удивлением и явным удовольствием оперлась ладонью на суконный рукав его шинели. Они неторопливо двинулись вдоль тихой улицы, ступая по подмерзшим лужам, в которых дробились отражения ночных фонарей.

— Признаться, Алексей, вы меня поражаете, — лукаво прищурилась девушка, заглядывая ему в лицо из-под темных ресниц. — Вчера вы лихо рассуждали о прокурорских протоколах и хулиганах, а сегодня говорите о партитурах Чайковского с пониманием заправского знатока консерватории. Откуда в суровом советском сыщике столько романтической глубины?

— Фронт учит ценить тишину, Майя, — мягко ответил Платонов, подстраиваясь под ее легкий, летящий шаг. — Когда человек месяцами живет среди грохота гаубичных батарей и свиста мин, слух обостряется до предела. Начинаешь слышать, как звенит капля росы на бруствере окопа, как скрипит ветка на ветру. А когда после победы впервые попадаешь в концертный зал, звуки скрипки воспринимаются не просто как мелодия — они кажутся доказательством того, что жизнь победила смерть и мир снова обрел душу.

Балерина тихо вздохнула, крепче сжав его локоть тонкими озябшими пальцами. Разговор тек легко и непринужденно, переплетаясь с мерным цоканьем каблучков по мостовой. Они говорили о театральных премьерах, о строгой поэзии Пушкина, о том, как меняется город в предрассветный час, когда первые поливальные машины умывают площади студеной водой. Возле этой хрупкой, вдохновенной девушки Алексей чувствовал удивительное умиротворение, словно все тяготы прошедшего безумного дня растворились без следа в прохладном сиянии осенней ночи.

Широкая улица Горького встретила их монументальной тишиной гранитных фасадов. Вскоре они подошли к знакомому подъезду с массивными дубовыми дверями и резными латунными ручками.

Майя остановилась на нижней ступени гранитного крыльца, повернулась к сыщику и с легким румянцем на щеках протянула ему узкую руку без перчатки:

— Спасибо вам, Алексей. Вы даже не представляете, как мне была нужна эта прогулка. После изнурительных придирок балетмейстера казалось, что вдохновение ушло навсегда, но благодаря вашей компании и этому звездному небу я снова чувствую себя живой.

Алексей тепло улыбнулся, осторожно принял ее тонкие пальцы в свою широкую ладонь и, выпрямившись во весь рост, склонил голову с безукоризненной, благородной грацией офицера старой закалки, бережно коснувшись губами тыльной стороны девичьей руки:

— Это вам спасибо за честь разделить эту ночь с прекрасной музой столичного балета. Отдыхайте, Майя, набирайтесь сил. Пусть вам приснятся самые светлые сны, а вашему строгому маэстро я при случае лично намекну, что талант требует бережного отношения, а не суровых окриков.

назадназад
1 ... 41 42 43 44 45 ... 366
впередвперед