— Пытаюсь понять, сплю я или нет.
Он громко смеется, а потом кровать скрипит, когда он встает.
— Я принесу тебе еду.
Дасти лает и царапает ногтями паркет, следуя за Эйденом.
Когда он протягивает мне миску, я замираю.
— Арроз кальдо4 ?
Я вдыхаю глубоко успокаивающий аромат лучшей еды для больных, когда-либо придуманной. Я готовлю ее для Лео, когда он простужается, по рецепту, который его мама записала для нас много лет назад.
Он проводит рукой по волосам, выглядя слегка смущенным. — Я спросил Лео, что ты любишь. У нас уже были ингредиенты.
Я не знаю, что сказать.
— Я позволю тебе поесть в моей постели, — говорит он резко, — но только если ты будешь очень осторожна.
— Конечно. — Я не могу сдержать улыбку. — Дасти может присоединиться к нам?
Он прищуривает глаза, как будто знает, что я дразню его. Я видела Дасти на кровати раньше, как и каждый раз, когда Эйден гладит его или дает ему кусочек еды. Я видела, как он ругал Дасти за то, что тот не умеет приносить мяч, в воскресенье утром.
Я невинно моргаю ему. — Какой вред может нанести кровати немного собачьей шерсти и еды?
Он фыркает и наклоняется, чтобы погладить Дасти.
— Много. Но поскольку ты жалкая, я позволю это. Давай, мальчик. Вставай.
Последнее обращено к собаке, которая смотрит на Эйдена, как будто он повесил луну.
Эйден устраивается на подушках рядом со мной, и я поворачиваюсь, чтобы оказаться лицом к нему. Я чувствую себя слабой и ужасно, и мне не очень хочется есть, но мое тело говорит мне, что я должна.
Я смотрю на миску. Еда не сервирована так, как это делают повара — с маленькими завитками, съедобными цветами и стружкой из зелени.
— Ты это приготовил?
Мой голос звучит хрипло. Он приготовил мне еду. Хотя у него есть целая команда поваров. Он написал Лео, чтобы тот прислал рецепт, а это значит, что мой телефон, наверное, завален сообщениями от кузена, который требует объяснений.
— Наверное, не очень вкусно.
Он берет свою книгу.
Я сглатываю ком в горле и пробую.
— Вкусно. — Острое и чесночное, как я люблю, с лаймом сверху. — Очень вкусно.
— Не начинай быть милой из-за меня, — говорит он и переворачивает страницу.
Я ем, а когда заканчиваю, он протягивает руку за миской. — Лучше?
Я прислоняюсь к стене из подушек, которую он создал.
— Я чувствую себя, как будто меня сбила машина. — Я уютно устраиваюсь в подушках. — Где ты научился готовить?
Он закрывает книгу и проводит пальцами по названию. — Я много готовил для близнецов, когда они были младше.
— У тебя не было персонала?
— Был, — медленно отвечает он. — Но после того, как мама ушла, я не хотел, чтобы их воспитывали няни. Ты, наверное, не замечала, но я не бывал дома по выходным, когда учился в колледже.